Света задышала чаще, горло свело от мысли о том, какие мучения она причиняла ему своими визитами. Но как она могла знать, что доктор тайно влюблён в неё? Как могла знать, что давно знакома ему? Она лишь видела его – красивого, смущённого и готового помочь. Как о многом она сожалела.
И не сожалела ничуть.
– Чтобы я?
– Чтобы ты получала удовольствие, чтобы купалась в любви и ласке человека, который тебя любит, который с тобой. Даже, если это не я.
Слёзы опять наворачивались. Сволочи предательские.
– И я получала, – подтвердила она, – но не от того, как Олег меня ласкал или любил… по-своему. Я столько думала о тебе, ты совсем не шёл у меня из головы, после нашей встречи. Даже когда я была не одна, я вспоминала твои глаза, твои руки… твой голос. Ты сводил меня с ума, будучи таким далёким и недоступным, таким… доктором. Но я не могла не думать о тебе, – Света покачала головой, но видела, что он и сам волнуется ещё больше. – Не могла не думать о тебе даже в самые неподходящие для этого моменты. Даже в постели с Олегом, я думала о тебе, мечтала о тебе, хотела тебя… я испытала самое большое удовольствие с твоим образом в мыслях, с твоим именем на губах… я была тогда не с ним, а с тобой… Серёжа.
Всё, больше невозможно было выговаривать эти слова, выворачивая сердце наизнанку. Они оба умудрились тайно влюбиться друг в друга и молчаливо страдать от невозможности быть вместе, каждый по своей причине. Мечтать и желать друг друга, заполняя все пустоты мыслями о близости… о любви.
Разве такое бывает? В жизни? Не в сказках для взрослых и не очень девочек и мальчиков?
– Бывает, – вдруг ответил Серёжа и поцеловал её так нежно, как только было возможно, будто Света произнесла эти мысли вслух.
А даже если и произнесла, разве это не были их общие мысли? Разве не общее сердцебиение сейчас раздаётся в их груди, разве не общие чувства сейчас горят внутри, как яркое пламя огня?
Разве они теперь не одно целое?
Тёплый ветерок шевельнул белые шторы, едва прикрывающие стеклянные раздвижные двери, и принёс с собой освежающий запах океана. Света сладко потянулась на просторной постели, проводя руками вокруг себя по гладкой шелковистой простыни. Найденная пустота заставила её приоткрыть глаза шире и перевернуться на бок, лицом к той стороне, где должен был сладко спать любимый. Он же такой соня, настоящая сова-полуночник, а тут вдруг исчез в такую рань.
Ну как рань… солнце, судя по яркости и углу падения лучей, давно в зените, так что это Света скорей соня, а её сладкий доктор куда-то тихонечко исчез, пока она спит. Надо будет его поискать, может быть, он снова нежится в ванне, как вчера, чтобы остудить слегка обгоревшую на солнце кожу на плечах. Она нашла его там и присоединилась, нырнула к нему в приятную водичку и почти всю её переместила на пол, как и положено по закону Архимеда. Зато как сладко они целовались и как долго потом не могли выбраться, лаская друг друга до яркой кульминации.