Стражники привыкли к подобным ситуациям, поэтому милостиво пропустили их.
– Простофили, – прошипела Виола, покачивая головой. – Надо будет потом сказать Эйдену, что стража в замке никуда не годится.
Не успели они войти в двери, как из замка донеслись крики и звуки боя. Не было сомнений, что заговорщики прибыли первыми и уже приступили к захвату.
Стражники тоже услышали шум. Они быстро переглянулись и кинулись внутрь.
– Вам лучше вернуться в город, миледи, – вежливо предупредил их один из охранников, когда мужчины пробегали мимо. – Это может быть опасно.
– Да, да, – закивала Виолетта. – Мы последуем вашему совету. Спасибо большое.
Когда охранник убежал, Виола глянула на Ребекку, а потом вошла в замок. Внутри царил хаос. Нападение явно оказалось неожиданным для всех. Особенно для слуг, которые изрядно перепугались, когда осознали, что происходит.
Виоле пришлось тщательно следить, чтобы ее никто не задел. Она понятия не имела, где Эйден, но шла вперед, ведомая только своими внутренними ощущениями. С каждым мгновением тревога становилась все сильней и сильней.
Медея не стала долго тянуть. Пусть она верила, что Барлоу будет молчать, но все равно решила стереть ему память. На всякий случай.
– Пришла, ведьма, – фыркнул мужчина, а потом мерзко усмехнулся. – Вот только поздно.
Медея замерла.
– Что ты хочешь сказать? – прошипела она, подходя ближе.
– Ты думаешь, я глуп? – спросил он, дергая руками, закованными в кандалы. Охранники снова его сковали, опасаясь за безопасность леди. Глупцы! Если кого и надо опасаться, так только ее! – Я прекрасно вижу, что вы решили оставить меня позади. Зря вы это сделали.
Медея практически подлетела к нему. Схватив пленника за подбородок, она едва не впилась в его кожу ногтями.
– Что ты сделал? – спросила она гневно, смотря на Барлоу так, словно хотела содрать с него кожу заживо.
Герцог вместо ответа рассмеялся.
Ведьма открыла рот, желая выплюнуть угрозу, но в этот момент из коридора долетели крики. Стиснув зубы, женщина оттолкнула лицо Барлоу и отошла от пленника.
– Я скоро вернусь, – пообещала она. – И тогда ты будешь молить о пощаде.
С этими словами она развернулась и вихрем вылетела из камеры. Следом стелился почти безумный смех герцога.
Ведьме хотелось вернуться и дать понять глупцу, что смех ему ничем не поможет, вот только звуки битвы были сейчас явно важнее.
Не успела она уйти далеко, как увидела, что какие-то люди сражаются с охраной. Кто они такие и что забыли в замковой тюрьме, Медея понятия не имела, но не собиралась попадаться им на глаза. Магия в этом ей отлично помогла.