– Ладно, – сдался король и выдохнул. – Ты права, прости. Нам стоит вести себя тише.
Медея на это самодовольно усмехнулась и расслабилась, глядя на Гелиоса снисходительно.
– Что ты там говорил о крови? – примирительно спросила она, после того как достаточно насладилась поверженным противником.
– Я говорил о наследии, передавшемся ему. Кто знает, на что способные такие твари?
Ведьма прищурилась и окинула принца пристальным взглядом. Подойдя ближе, она осмотрела его лицо, едва не обнюхивая. Эйдену приходилось прикладывать много усилий, чтобы никак не выдать себя. Сейчас точно не время.
– Думаю, – задумчиво выдала ведьма наконец, отходя от распятого на стене принца, – такое вполне возможно. Я не слышала ничего подобного, но многие знания о них давно утеряны. Если это так, то как мы вытащим из него имя мерзавки?
– Полагаю… – король запнулся, обдумывая варианты, и продолжил: – Полагаю, нам придется его отпустить. Рано или поздно он приведет нас к своей жене. И тогда мы избавимся от нее. Главное сейчас – сделать так, чтобы он не помнил последних событий.
– У нас мало времени, – напомнила ведьма. – К следующему полнолунию я уже должна быть беременной от него. И ребенок этот должен быть зачат в полном магическом браке, иначе сердце ребенка… – Медея оборвала сама себя. Она со значением посмотрела на короля, и тот в свою очередь кивнул, подтверждая, что уловил смысл ее слов.
В груди Эйдена все похолодело. Он и раньше догадывался, что дело тут очень и очень плохо, но и представить себе не мог насколько. Неужели его отец совсем сошел с ума, раз решился на нечто настолько омерзительное? Сердце ребенка! Эйден знал, что части человеческих тел используются исключительно в самой черной магии, последствия от которой порой бывают настолько ужасающими, что даже полные безумцы не решались с ней связываться.
– Тогда стирай ему память. И позаботься об охранниках. Слухи уже разошлись, но это лишь слухи, – на это король презрительно хмыкнул.
– Не указывай мне, – огрызнулась ведьма, подошла к Эйдену и схватила за щеки, заглядывая ему в глаза.
Принц напрягся, чувствуя льющееся в его голову заклинание. Эйден молился, чтобы защита сработала. Вскоре за правым ухом начало жечь. Казалось, он положил голову между двух камней, которые давят на него со всей силы. В какой-то момент он не выдержал и застонал, закатив глаза и обмякнув на удерживающих его цепях.
– Готово, – услышал он далекий голос ведьмы. – Он ничего не вспомнит.
Эйден едва смог сдержать победную улыбку. К его облегчению, артефакт сработал!