Ведь иначе…
Иначе Мишаня – чтоб его морковка к весне завяла, а у его очередной любовницы, когда она будет делать ему «ох, как хорошо, детка!!!», та часть лица, которой люди обычно едят, в процессе дарения радости заклинила, хорошенько так, прямо с морковкой Мишани внутри – скоро от меня не отстанет, вцепится, как клещ, и затянет процесс развода до бесконечности, лелея надежду урвать себе кусок от недвижимости, что осталась мне в наследство после смерти бабушки.
Вот уж ни за что ни одного квадратного метра он не получит!
Костьми лягу, но ни пущу.
Шиш ему с маслом! Тем самым маслом, просроченным и прогорклым, что он в «Пятерочке» по акции два месяца назад купил, решив осчастливить меня своей очумелой хозяйственностью. Как раз за сутки до дня Икс, когда я, порядочная и заботливая женушка, нагрянула к нему на работу – в магазин бытовой техники, где он консультантом трудится, и принесла обед к обеду.
А в итоге застукала своего трудягу в поте лица вкалывающим не в общении с клиентами, а между длинных ног начальницы – заведующей магазином, в подсобном помещении.
Хотя обед тогда все равно порадовал. Правда, не муженька, а меня.
Наличием под рукой.
Открыла банку с горячим молочным супом с лапшой, который Мишаня до одури уважает, а я даже на дух не переношу, хотя варю варила исправно, и от щедрой души выплеснула все содержимое на увлеченных процессом спаривания любовников.
Ох, как сладко он орал, что спина и жопа пятая точка сгорели.
Ох, как она верещала, прикрывая свои надувные выдающиеся прелести, что посторонним на склад вход запрещён.
Ох, как широко и злорадно я улыбалась, глядя на этих двоих, – ну не плакать же, право слово! – и мысленно благодарила судьбу, что привела меня в нужное место в нужное время и показала кобелиную натуру муженька, с которым и прожили-то всего-ничего. Всего-то девять месяцев, если говорить точнее.
А если б лет пять или больше? А если б детей родили?
Кошмар.
Кошмар, который, к счастью, не случился.
Нет, права была мама, когда меня от брака отговаривала и заверяла, что спешу. Подумаешь, скоро четверть века отмечу, ничего страшного, вся жизнь впереди. Встречу еще своего мужчину. Непременно встречу. Не дело это – за первого встречного-поперечного…
А я, дурында, ее не слушала, за другое переживала. Ведь как так-то? Все подружки замуж повыскакивали к двадцати годкам, одна я, заучка, в старых девках осталась.
Никому ненужная.
А значит что? Правильно, дефектная.
А кому охота дефектной быть?
Вот с этой совсем негениальной мыслью и пошла за того, кто первый позвал. Скорее-скорее, едва не сверкая пятками.