Вечером я вернулся в пещеру налегке: испарилось всё, даже кабанья кожа. Но я не расстраивался, потому что у меня в запасе ещё несколько дней, так ещё предстояло раскрыть несколько новых «умений». Но если удача отворачивается от разумного, то делает это повсеместно. Я так и не смог открыть ни одного сложного «умения», хотя простые «Прыжок» и «Пинок» открылись практически сразу. Они мне ни к чему, так что я оставил оповещения от системы нетронутыми, так они не пропадут со временем.
Дальше я попытался раскрыть «умения» для ближнего боя. Но как бы я не бил рукой или исполняя приёмы из бокса — всё бесполезно. Не открылись ни «Оверхед», ни «Хук», ни другие. В прошлом мире каждый из приёмов также обозначал «умение», усиливая соответствующий удар. Я владел «Хуком», но сейчас у меня ничего не вышло. Каждый раз запускался именно что «Удар», даже если я бил воображаемого противника коленом. Дело могло быть в низким уровне’навыка’ «Рукопашный бой» и низких «Силе» и «Ловкости» — но в прошлом мире «Хук» открылся на первом уровне «Рукопашного боя», а в «Силе» вообще красовалась гордая единичка.
Решив, что до встречи с мамой рукопашных «умений» не раскрыть — я приступил к попыткам открыть «умения» к посоху, нанося им различные удары посохом, напитывая руки маной и испуская в момент удара. Всё оказалось тщетным, но я продолжал попытки день ото дня, пока на четвёртый день не плюнул на это. И занялся подготовкой к будущему походу.
Штаны и ботинки из золотого меха нужны всенепременнейше, как и широкое полотно из кожи порченного кабана. Скверна в моей жизни имеет слишком большое значение: она кормит, лечит, одевает, обучает. А что уж говорить о разумных, живущих на не тронутых скверной материках?
Та же шкура с золотистым мехом в десятки раз гуще чем та же шкура альпаки или шиншиллы, так ещё её практически не надо обрабатывать, ведь после испарения на внутренней стороне не останется вонючего ихора. Разумным так же всяко важна прочная кожа скверного кабана, а леске от резиновых кустов вообще не счесть применений. Нервные трубки можно пустить на сваи при строительстве или для укрепления стен домов. А скорлупа бодрящих яиц — прекрасный цементный раствор.
Вся жизнь и быт разумных явно завязаны на скверну. Зелёный мешочек может исцелить, бодрящее яйцо заглушит боль, а содержимое ореха отрастит утерянную конечность. Страшно подумать, какой пиетет испытывают разумные перед этими вещами.
В одну из ночей страх пронзил моё сердце. Я испуганно подскочил с лежанки, уставившись на северную стену пещеры, в сторону скверны. Шрамы на груди до боли пылали огнём, дыхание сдавило плетью, зубы отбивали чечётку, руки дрожали, ноги подкашивались. Хотелось убежать, спастись, скрыться, чтобы никто не нашёл, не увидело, не отыскал. Где-то опасно, опасно повсюду, здесь, там, везде. Лог.