У ног одного из головорезов темнела лужа, его напарник, тот, что с мечом, хромал на левую ногу, придерживая бедро рукой. Борг достал их первым, успел зацепить, прежде чем они замкнули кольцо, но оба оставались на ногах и в строю, и трое против одного — это по-прежнему трое против одного.
Я наложил стрелу с парализующей пастой на тетиву лука.
Упор. Левая нога на корне.
Разворот. Плечи раскрылись.
Тяга. Тетива к скуле, незнакомая жёсткость заставила мышцы спины напрячься сильнее обычного.
Спуск.
Стрела пересекла поляну за мгновение и вонзилась в шею ближнего головореза, того, что с топором. Наконечник вошёл в мышцу чуть ниже уха, и парализующая паста хлынула в кровоток.
Мужик дёрнулся, схватился за шею, пальцы скользнули по древку, ноги заплелись. Через три секунды его колени подогнулись, топор выпал из разжавшейся руки, и он рухнул лицом в мох, дёргаясь в мелких судорогах.
Стриженый развернулся на звук. Его глаза нашли меня на гребне, и лицо исказилось яростью, пережёванной и выплюнутой за долю секунды, потому что профессионал не тратит время на эмоции.
— Сзади! — рявкнул он второму головорезу.
Но Борг уже двигался.
Бывалый охотник использовал замешательство как только представилась возможность. Его тело бросилось вперёд, раненое, избитое, истекающее кровью, и нож в его руке описал короткую дугу, которая закончилась на бедре второго головореза. Лезвие вошло глубоко, с хрустом прорезав кожаный доспех и мышцу, и мужик взвыл, хватаясь за ногу. Кровь хлестнула сквозь пальцы.
Головорез рухнул, зажимая рану обеими руками, его лицо побелело, и крик перешёл в булькающий хрип.
Стриженый остался один. Он сделал шаг назад, прикрываясь тяжёлым клинком, и его глаза метались между мной на гребне и Боргом перед ним, просчитывая выход.
Я наложил вторую стрелу и отправил её, но попал в ногу командира. Наконечник пробил кожаную штанину и вошёл в мышцу бедра, мужик споткнулся, его левая нога подвернулась, и он рухнул на колено, выронив меч. Клинок звякнул о камень и отлетел в сторону, вне досягаемости.
Борг подошёл к нему в три шага, придерживая раненый бок. Охотничий нож упёрся командиру в горло, и кровь, стекавшая по лезвию, закапала на ворот его куртки.
Стриженый замер. Его серые глаза смотрели на Борга снизу вверх.
— Какого черта вам надо от меня? — голос Борга звучал глухо, сквозь стиснутые зубы.
Командир сплюнул кровью на мох. Он прекрасно понимал, что от того, что он скажет, будет зависеть его жизнь.
— Ни че личного, мужик. Торгаш, через которого идут заказы на людей, принес твое имя. Денег достаточно, чтобы не задавать вопросов о заказчике.