— Ты что мне подсунул, садист⁉
— Говорю же, не надо меня проклинать, бежим, босс!
Пришлось бежать! Пока я ходил варёным раком, забойщик приблизился на опасное расстояние, и медуза нагоняла.
Как там говорил Крысолов? Когда встанет на курс⁉ Так она похоже встала! Чтоб понять это, не надо быть игроком тридцать плюс… Так что газу!
Ноги заработали с удвоенной энергией, руки как поршни, туда-сюда, туда-сюда. Чух-чух-чух, я представил себя паровозиком, и мне понравилось, с улыбкой на лице попёр по улице. Дом сменялся домом, переулок проспектом, иногда я видел тварей и даже игроков, все они почему-то быстро сбегали, а мне это нравилось. Я словно и вправду на поезде, в одно окошко посмотрел, затем в другое. Мелькают деревья и домики, возникло особое чувство дороги, я путешествовал, красиво, а главное, весело.
Крысолов:
*Стой! Раз, два!
Макс:
*Что? Отстань, не видишь, занят я!
Странное дело, напарника я не наблюдал, по бокам его не видно, а оборачиваться лень.
Ну и чёрт с ним, в окна смотреть интереснее. Чух-чух-чух!
Неожиданно, сзади навалилась тяжесть, будто кто-то на спину прыгнул и пытается уронить. Мне это не понравилось, начал сопротивляться, но ничего не получалось.
Крысолов:
*Стой, говорю! Ева с Эрой ручками машут, мимо проскочишь!
Макс:
*Где?
Я начал поворачиваться, да так и завалился на землю под чужой тяжестью. Грубо уронили на спину, влили в глотку горькую гадость, как не отплёвывался, что-то попало внутрь.
— Да что за херня? — чувство дороги улетучивалось с неприятной скоростью.
— Всё, хватит бегать! Мы почти в посёлке!
В памяти всплыли последние события: забойщик, медуза, гонки последних дней.
Как я мог об этом забыть? И почему всё болит?
— Вот чёрт! Да слезь уже с меня!
— Так ты вернулся?
— Да, ё-моё! Ноги сейчас отваляться, вместе с руками и спиной… Что за отраву ты мне дал?
— Так я же говорил, отходняк будет, — со смехом пояснил Крысолов. — Недолго, пару дней всего.
— Пару? Да ты охре…
— Эй, нубы, вы чё творите? Что за пидарасня на грязном асфальте?
Неприятный, чужой голос вернул на грешную землю, точнее, Терру 13, теперь я это вспомнил. Пришлось собирать себя в кучу, потом поплачусь.
Бодро, как мне показалось, поднялся, осмотрелся. Знакомый район, не так давно, мы с Эрой прятались на крыше, глядя на эту площадь. Крысолов с винтовкой на плече, стоял, глядя в небо, на губах играла злая ухмылка.
— О, да они оба беленькие, пушистые, небось! — козырьки в составе пяти штук, гадко захихикали.
Шома, ник краснее красного, остальные, на имена коих я не обращал внимания, цветом не отличались. Я не стал отвечать на скабрёзности, спросил другое: