Помимо этого — отличный спальный мешок, мощный, но в то же время компактный фонарь, который я заказал из вездесущего Китая, мультитул, складной нож, 60 метров троса и ещё куча повседневных мелочей ждали сегодняшнего вечера, чтобы наконец отправиться в первое наше путешествие по подмосковным лесам.
Да, я живу в Москве. Заботливое государство выделило мне скромную студию в Ново-Переделкино, от чего я был просто на седьмом небе от счастья, но многие, особенно из тех, кто жил в Союзе — при упоминании названия моего нового района сразу начинают морщиться.
Что поделать… В них ещё живы стереотипы, что Москва — это Москва, а за МКАДом жизни нет. Честно говоря — не понимаю я этих любителей никому не нужной погони за престижем… Рядом лес, река, дачи писателей и даже есть свой горно-лыжный склон. Что ещё для счастья надо?
Пока я умывался и приводил мысли в порядок — засвистел чайник, запущенный моей незаменимой помощницей Алексой. Алекса — это виртуальный ассистент и не постесняюсь этого слова — лучшее моё приобретение в сознательной жизни.
Она взяла на себя вроде бы мелкие, но в то же время очень важные мелочи жизни — такие как поставить чайник, сразу после отключения будильника, проконтролировать не забыл ли разгрузить стиралку или показать, кто пришёл в гости.
Это мелочи, ведь нет ничего сложного в том, чтобы тыкнуть самому чайник например… Но вот это вот ощущение сервиса, или я бы даже сказал — чувство своеобразной заботы… Для нас, детдомовских, оно очень ценно и не сравнится ни с чем.
Не успел я приготовить завтрак, как где-то в расправленной постели запел телефон.
— Макс, звонит Михаил Андреевич — сказала Алекса.
Тяжело вздохнув, я бросил все, и пошёл искать — куда же запропастилась эта орущая звонилка. Если ты держишься за свое место, и тебе звонит босс, который взял тебя на работу не взирая на возраст — нужно ответить в любом состоянии, как бы не хотелось обратного.
Наконец телефон был найден, и постаравшись придать голосу хотя бы тень бодрости, я ответил:
— Доброе утро Михаил Андреич!
— Здоров, Макс. Ты как? Живой после вчерашнего? — добродушно проворчал он и тут же перешёл к делу:
— Работка подвернулась не пыльная и интересная, всё как ты любишь. Тебе звоню первому, а если откажешься, то деваться уж некуда — отправлю Ромку.
Ромка… Гад ползучий. Он из тех друзей, что в глаза улыбаются, а за спиной так и норовят облить грязью, подставить или же присвоить себе заслуги своего «друга».
— Ну какого Ромку, Михал Андреич⁈ — вполне искренне возмутился я, не думая останавливаться на достигнутом: