— Студент, не морочь мне голову! Ты водишь круче половины известных мне таксистов, а в этом поселке если кто-то у кого-то и спрашивает про права, то это либо права на добычу полезных ископаемых, либо права на группу компаний! — Отмахнулся Палыч и, надо сказать, в чем-то он был прав. На территории Солнечного все было элитным: дома, дороги, машины, магазины, рестораны, проститутки, полиция…Последняя хоть и была представлена в количестве не таком уж и малом, ибо должен же кто-то арестовывать пронырливых журналистов и попытавшихся выйти на улицы поселка из леса грибников заворачивать от окаймляющего поселок высокого забора, но лишний раз не в свои дела она старательно не лезла. А каким-то чудом просочившийся на охраняемую территорию деятель, что попытался бы снять с прогуливающейся дамочки брильянтовое колье ценою в маленькую панельную многоэтажку или начать несанкционированное распространение белого порошка, слету отстирывающего мозги от разума, рисковал обнаружить себя где-нибудь в Мозамбике, на должности продовольственного пайка у дикарей-людоедов. И если никаких дикарей-людоедов в том Мозамбике бы вдруг случайно не оказалось, то специально для таинственно пропавшего с территории Солнечного ухаря их туда завезут. — Короче, не парь мне мозги, садись в кабину и езжай!
Мне оставалось лишь преувеличенно бодро отсалютовать вслед уже развернувшемуся шефу и потопать к Камазу, скромненько пристроившемуся у подножия холмика из песка. Особого, экологически чистого, мягкого и рассыпчатого, снежно-белого цвета, привезенного откуда-то из-за рубежа…Впрочем, как и подавляющее большинство иных материалов, громоздящихся вокруг штабелями, холмами и пирамидами из контейнеров. Как настоящие патриоты обитатели Солнечного, который местами уже вполне себе исправно функционировал, а местами все еще активно строился, очень любили землю отчизны. И застраивали её исключительно домами из элитных материалов, по странному и нелепому совпадению — сплошь импортных. Впрочем, не только домами. Тут и стадион свой имелся, и аквапарк, и даже ледовый дворец…Разве можно без них в глубинке, где даже с учетом обслуги и охраны количество жителей вряд ли превысит тысяч двадцать-тридцать?
— Финансист — это звучит гордо, — пробурчал я, запрыгивая в кабину водителя. Чистую, приятно пахнущую легкими нотками цитрусовых и снабженную не только видеокамерами заднего хода, но и климат-контролем, что позволит комфортно чувствовать себя даже в жаркий летний полдень, когда воздух снаружи по прогнозам синоптиков должен прогреться градусов эдак примерно до тридцати пяти. Большой контраст с тем, что обычно стоит на балансе у разного рода муниципалитетов. Разительный просто. Предыдущую производственную практику в депо коммунальных служб и отработал, а потому знаю, о чем говорю. Из общего прилизанного чистенького фона не выбивалась даже сверкающая свежим черным лаком монтировка, по какой-то причине заткнутая между сиденьями. — Но как грамотный финансист я торжественно клянусь, что шелест купюр звучит приятнее громкой должности, и фиг с ним, пусть даже буду числиться младшим помощником кого-то из сотрудников местного ЖКХ, если получать буду больше, чем иной директор банковского филиала.