Тварь выскочила из-под поваленного ствола справа. Скричер. Мелкая, размером с плешивую собаку, но с неестественно длинными лапами и челюстью, раскрывающейся на сто восемьдесят градусов. Она издала ультразвуковой свист, от которого в голове будто лопнула струна.
Из кустов и прямо с деревьев посыпались десятки серых тел.
— В круг! — выкрикнула Ингрид, вскидывая меч. — Нечисть рядом, держите строй!
Но её голос утонул в презрительном фырканье.
— Командуй своими слугами в поместье, Ингрид, — огрызнулся рослый парень с графским гербом западной ветви на куртке. — Или думаешь, что если твой папочка капитан, то сразу стала главной⁈ Кто из западной ветви, ко мне!
— Нам и графы не указ, — насмешливо хмыкнул другой парень с гербом дома Бестужевых. — Восточники, ко мне!
А создание еще одной команды церковников окончательно раздробили нашу группу. Аристократы и церковники, увидевшие в Ингрид лишь «папину дочку», которой всё достается по блату, инстинктивно сбились в свои маленькие кланы. Четыре группы, четыре самозваных лидера. Ингрид осталась стоять на месте, побледнев от ярости. Её проигнорировали так технично, будто она пустое место.
— Идиоты… — прошипела она. — Акиро, за мной! Если эти выскочки хотят сдохнуть — мешать не будем!
Первая волна скричеров накрыла нас, прежде чем лидеры успели распределить позиции. Я выхватил меч. Тяжесть металла в руке отозвалась странным холодом. В голове всплыла схема — четкая, сухая, как страница из учебника по фехтованию: «Скричер прыгает прямо, атакуй в противоход, не давай зайти за спину» . Я не знал, откуда это в моей голове, но тело двигалось само.
Шаг в сторону, короткий взмах — и первая тварь, обдав меня вонью тухлятины, развалилась на две части. Ингрид работала рядом. Её движения были резкими, злыми. За её спиной на мгновение сгустился воздух, и я готов был поклясться, что увидел очертания ее духа, но через секунду видение пропало, сменившись изумрудным блеском в глазах напарницы.
До сих пор не понимал, почему она скрывала свою явно необычную связь с духом? За прошедшие десять дней с того памятного момента проверки Линберга, я уже не раз замечал странности в ее тренировках. Особенно когда у меня с ней были спарринги под руководством ее деда. Я же не слепой. Да и ее дед Аскольд Ярославович явно близорукостью не страдал. Но она упорно продолжала молчать и делала вид, что ничего странного не происходит. Глупо, но я со своим мнением к ней не лез. Зачем? Если захочет, сама расскажет.
Тем временем у «аристо» начались проблемы. Рассредоточившись, они открыли фланги.