В это же время где-то в исправительной колонии на просторах Мордовии:
— Михаил, как же ты ухитрился на ровном месте себе пять лет заключения поднять? Ведь нормально служил, практически в центре столицы жил, по своей земле ходил. Еще и начальник дальний родственник. Что не хватало?
— Да понимаешь, как вспоминал эту рожу ненавистную, так прямо переклинивало. Так отомстить хотелось, что…
— Что сформировал преступную группу. Тебя же шеф предупреждал к ним на километр не подходить, там не твоего уровня волки бегают.
— Думал, хотя бы этого их торпеду завалить.
— Думал бы, не сидел бы здесь. Не умеешь ты думать, Миша.
— Ты чего приехал-то, зачем я опять понадобился?
— Новый эпизод по тебе всплыл. Будешь сотрудничать со следствием или как?
Снова Москва, тем же вечером:
— Мам, так всё-таки, что ты думаешь про Серегу?
— Рут, вы с этим твоим Сережей как Марья-Искусница и Колобок. Это если первое впечатление описывать. Не в плане его фигуры, а просто несуразный он какой-то. А как подольше на вас посмотришь, послушаешь, то вроде и ничего.
— Я же не про нас спрашивала, а про него. Я еще ничего не решила по поводу Серёги, он реально Колобок: я от бабушки ушел, я от Волка ушел. Волка того я видела, на трех ногах скачет и зубы вставляет себе искусственные. Может и бабушка сидит где-то со свернутой челюстью?
— То есть он тебе не нравится?
— Я так не говорила. Нравится, но… неправильный он. Настоящий парень должен быть рыцарем. Чтоб и галантный, и несгибаемый во всех местах, и решительный, сильный и на руках чтоб носил, но не подкаблучник, и взрослый должен быть, постарше, чтоб уважать можно было.
— Рут, про несгибаемость во всех местах, это ты пожалуйста не со мной. А по всему остальному что я могу тебе рассказать. Ты уже взрослая, так что между нами, женщинами: сильный мужчина порой шагает так широко, что ты за ним просто не успеваешь. Решительный мужчина порой решает всё сам, твоего мнения не спрашивая. А взрослый смотрит порой на тебя как на дурочку.
Еще до того, как с твоим папой познакомились, был у меня молодой человек. Вот как ты рассказываешь, только выглядел молодо. Кстати, на твоего Сережу чем-то похож, только стройнее, накачанный такой, спортсмен. Я тогда в театральном училище училась, так он чуть постарше смотрелся.
— А на самом деле?
— А сколько на самом деле никто не знает. Паспорт его я не видела, а в служебном удостоверении возраст не указывается.
— А сам он что говорил?
— Говорил, что это государственная тайна. Разведчиком он был, ну или контрразведчиком — один хрен.
— Они все так говорят.