Он закрыл дверь на замок, чем немало меня удивил, затем подошел к одному из шкафов и что-то в нем нажал. Где-то тихо загудел потревоженный механизм, одна из стен вдруг ушла вглубь и бесшумно отъехала в сторону. За ней был потайной ход.
— Прошу за мной, ваше сиятельство, — махнул мне рукой Григорий Федорович и пошел вперед.
При первом же его шаге включился нежный бело-голубой свет, и я увидел уходящие вниз ступеньки. Мартынов явно бывал здесь довольно часто, так как чувствовал себя здесь довольно уверенно. Шел смело и довольно быстро.
Источников света, которые включались по ходу нашего перемещения, было даже больше чем достаточно. Судя по всему, здесь были установлены датчики света, которые ориентировались на движение, причем ставили их с большим запасом.
Ступеньки закончились тоннелем, который несколько раз разветвлялся, но Мартынов все шел и не остановился ни разу. Минут через десять нашей подземной прогулки он свернул в довольно узкий проход, затем в еще один, небольшой подъем по высоким ступенькам и вот мы уже возле ржавой двери.
Он постучал по ней.
— Гриша, ты? — спросил из-за двери грубый мужской голос.
— Да, — ответил Мартынов. — Вот, Соколова вашего привел.
Дверь распахнулась, и я увидел перед собой знакомого мужчину лет тридцати. Я не мог вспомнить кто он такой, но был абсолютно уверен, что видел его до этого.
Мы смотрели друг на друга несколько секунд, а потом я вспомнил. Однажды я видел его в коридоре Кремлевского дворца, когда шел туда по приглашению Романова.
— Что-то долго ходите, господа, уже почти двадцать минут девятого. Мы так с вами операцию провалим, — сказал он и посмотрел на моего сопровождающего. — Спасибо, дальше мы сами.
— Удачи вам, ребята, — сказал на прощание Григорий Федорович и исчез за дверью.
Незнакомец закрыл дверь и указал мне на автомобиль, который стоял недалеко отсюда. Я посмотрел вокруг — похоже, мы оказались в каком-то длинном проулке между многоэтажками. Вокруг воняло мочой и блевотиной. Такое себе местечко на самом деле.
Я прошел к машине и плюхнулся на заднее сидение. Рядом со мной уселся незнакомец и протянул мне руку.
— Давайте знакомиться, я маркиз Татаринов Евгений Иванович.
— Соколов Владимир Михайлович, — сказал я, отвечая на рукопожатие.
Машина тем временем медленно тронулась с места, постепенно набирая ход. Кто за рулем я не видел, водитель был загорожен от пассажиров шторкой.
Татаринов с интересом рассматривал меня, ну а я, раз уж такое дело, его.
Моего роста, смотрит серьезно, черты лица будто из камня рубленные, в плечах почти в два раза шире меня и кулаки как пудовые гири, голос громкий, как в барабан бухает.