— У Эммы Карловны стальной характер, — кивнул Цвигун.
— Мягкий он у меня, интеллигентный. Кандидат наук, — не без гордости похвалил сына дед Паша. — Вот и случилось ЧП — ну не могут ребенок и такой вот председатель нормальную вертикаль подчинения выстроить.
— Одобряю, — разрешил Семен Кузьмич.
— Товарищ генерал-полковник, прошу перевести меня на менее ответственное направление! — вдруг попросил дядя Петя. — Староват я для таких приключений, — объяснил причину в ответ на вопросительные взгляды начальства. — Объект сложный, непоседливый, вызывает человеческую симпатию. Не тяну.
Жаль — мне товарищ полковник очень нравится, чисто по-человечески. Урок усваиваем — «дяди» мне не друзья, а если прикипел к кому — не косячь, потому что сами от греха подальше свалят от такого проблемного объекта. Дурак ты, Сережа, детство в жопе играет, а на этом этапе с ним, как бы грустно не было, пора насовсем прощаться.
— Пиши рапорт, Петь, — кивнул дед.
Товарищ полковник козырнул и покинул кабинет.
— Последнее предупреждение, — пригрозил Судоплатов Виталине. — Еще одно неподчинение приказам — будешь разжалована в домохозяйки!
— Может Сергей этого и добивается? — предположил Семен Кузьмич.
— Никак нет, товарищ генерал армии! — отверг я страшное обвинение. — Все случившееся — следствие моей глупости!
— Не только твоей! — зарубил оправдания дед. — «Фанеру» объекту, лейтенант!
— Есть! — рявкнула Виталина и втащила мне в грудину.
Согнувшись, попытался вдохнуть выбитый из легких воздух.
— Поприседай! — посоветовал дед.
Помогло. Обидно, сука! Ладно, это понятно зачем — проверка такая, поднимется ли у Вилочки рука на драгоценного мальчика. Не приказ о ликвидации, конечно, но минимальная служебное рвение подтверждено. Да и не в ней дело — мне демонстративная оплеуха-сигнал не забываться. Нет, все еще обидно. И больно. Слезки втяни, тряпка — ребра целы, нефиг ныть!
— Свободны, — махнул на нас рукой Судоплатов.
— Товарищ генерал-полковник, прошу возможности поговорить с товарищем генералом армии по личному вопросу, — попросил я, соблюдая субординацию.
Вассал моего вассала — не мой вассал.
— Семен Кузьмич? — запросил подтверждения дед.
— Конечно, Павел Анатольевич, — одобрил Цвигун.
— Иди рапорт пиши! — выгнал дед Виталину.
— Есть! — козырнула она и покинула кабинет.
Я опустился на стул и потер грудь, наградив деда укоризненным взглядом.
— Команды «вольно» не было, — ожидаемо не стушевался он.
— Я же гражданский, — развел я руками. — И уважаю вас, товарищи генералы, чисто по-человечески. Демонстративно подчиняюсь только тогда, когда есть риск уронить ваш авторитет перед подчиненными, но сейчас-то чего во фрунт тянуться?