— Я не того разбудила, — с трудом проговорила домовичка. — Не того…
Её тело сотряслось мелкой дрожью, тусклая оболочка покрылась трещинами и рассыпалась пылью, оставшейся плавать хлопьями пепла в воздухе. Острый клинок, предназначенный для моего убийства, вонзился в щель между плитками брусчатки и задрожал, словно раздосадованный потерей хозяйки.
Стоило только успокоиться звону упавшего оружия, как мертвецы тут же начали распадаться пепельными хлопьями. Я видел, что они теперь не злобно скалились, а улыбались почти по-доброму. Насколько по-доброму могут улыбаться скелеты.
Стоящий возле креста старец ещё раз помахал мне рукой, перекрестил на прощание и медленно растворился, словно сотканный из облака.
Толпа снизу смотрела на происходящее широко раскрытыми глазами, поражённая происходящим. Шепотом распространялись истории о чудотворении, народ перешёптывался между собой, восхищённо глядя на стоящего победителя.
Да, я был ранен, истощён, почти повержен. Но победил! Победил же, жёваный крот! Пусть и с нежданной помощью, но победил!
Конечно, я догадывался, кем был тот возникший на верхушке купола старец. Если домовичка сказала, что разбудила не того, то этим самым «НЕ ТЕМ» мог быть только сам Василий Блаженный… отвлекший и позволивший нанести такой нужный удар…
Ровно месяц спустя событий на Красной площади, я встал во главе войска на реке Свинге. Город Свияжск неоднократно подвергался нападениям татарских отрядов, но каждое нападение было отражено. Пусть и с потерями, но нападки отражались.
По Руси пошло мощное движение против татар, которое изгоняло их отовсюду, откуда могло. Мурзы бежали прочь, стоило только увидеть зарево пожаров. Слухи о бое на Красной площади донеслись до дальних рубежей. Это так вдохновило людей, что они откидывали прочь страх и мчались навстречу смерти без страха и сомнений. Меня считали избранником Божьим за то, что я победил «повелительницу мертвых».
И вместе с тем я всё-таки ввёл опричнину. Пусть это и требовало волевого решения, но я увидел, что ни один из княжеских и боярских стрельцов не присоединился к общему бою. Все ждали команд своих повелителей, а те… А те трусливо решили переждать и посмотреть — что дальше будет.
Мне такие помощники на хрен не упали, поэтому я и решил временно разделить государство на своё властвование и на волю этих мерзопакостных князьков. Посмотрим, как они между собой перегрызутся. То против меня зубы точили, а теперь пусть попробуют свою «благородную» кровушку на вкус!
Для сохранения единства русского народа я оставил власть самодержца в одних руках, одновременно предоставив свободную зону воли тем, кто жаждет свободы действий, но презрел долг службы Отечеству.