Ветра зимы
После ледяных порывов улицы, духота крохотной кузницы казалась благословлением. Снежинки, прорываясь сквозь слуховое окно, мгновенно превращались в пар, в тщетно пытаясь коснуться каменной печи.
Невероятно грузный мужик, с руками толще, чем обе мои ноги вместе взятые, в очередной раз покачал залысинами:
— Коли бы речь шла о простом баке, сир, я бы без затей вбил обруч да смиренно принял вашу щедрость в свой кошель, но ведь мы гутарим о нагревательном котле! Об огромном нагревательном котле, осмелюсь сказать!
Кузнец надул красные щеки и обхватил воздух, стараясь продемонстрировать всю необъятность разбитого котла резиденции. Долбанное бревно из «мантикоры», разворотив стену, напрочь разломало и без того не самый целый резервуар.
— Ну, завари его чем-нибудь! Сварка какая-нибудь, клей или хоть кирпичами заложи… — в очередной раз, заметив непонимание на морщинистом лице, я устало вздохнул. — Ну можно же хоть что-то сделать?
— Знамо-дело можно, сир. Возродить империю, возвертать хвостатых в цепи, побить баклуши пару веков, прежде чем рудники вновь извергнут несметные горы крепких руд, а мастера сызнова докумекают, как отливать котлы в сотни мез. Пустяки, сир, как говаривала моя покойная жинка на брачном ложе, нужно токмо потерпеть…
Меза, меза… А, объем бочки с тысячью селедок. Блин, долбанные аборигены — когда уже литры придумают? Не жизнь, а сплошной кроссворд…
— Ладно-ладно! — мой палец брезгливо ткнулся в небольшой котел, больше похожий на самовар-переросток. — Эта хрень хотя бы западное крыло обогреет?
— Сир… — кузнец устало вздохнул и стрельнул глазами на своего юного подмастерья в стиле: «говорил же, что он идиот?» — Стали бы наши мудрые предки лить котел в сотню мез, ежели могли ограничиться «этой хренью»?
Бронзовый «самовар» обиженно зазвенел, получив сапогом от кузнеца.
— Ай, хрен с вами…
Оставшийся час прошел за торгом и разговором на повышенных тонах — мало того, что за сам котел чуть последние штаны не сняли, так еще и за установку цену заломили! Из-за малого объема, просто подключить бак к старым трубам нельзя — придется большую часть вентиляции заглушками забить, чтобы тепло шло куда нужно, а не рассеивалось по всему особняку, повышая температуру на жалкие пару градусов.
Облегчив и без того не самый толстый кошель, я наконец покинул этот заповедник духоты и жадности.
Долбанный салон! Надел, как же! Холодно, как в заднице эскимоса, дед бухает целыми днями, а мне из своего кармана еще котлы покупай! Денег, что князь оставил, хватило только чтобы проломленную «мантикорой» стену кирпичами заставить да вагонкой оббить. Вот и живи теперь — отопления нет, вода только в подвале, да доски взамен стекол. Из-за темноты, на ламповом масле разориться можно! Зато ковры дорогие, одеял много и кладовая бухлом со жратвой забита… Тьфу!