— Не знаю. Вы не представляете — какие люди там замешаны…
— Конгрессмены? Например, Билл Хотфилд? — вкрадчиво спросил я.
Судья быстро поднял глаза:
— Вот именно. Судья, конгрессмен, община Аунего. Это страшные люди, мистер Соколов.
— Они страшны, пока творят свои дела втёмную, и никому нет до них дела. Пока все закрывают на них глаза. Но если ими заинтересуются люди статусом повыше! Если их преступления станут достоянием общественности, им будет сложно насолить вам, Абрахам. Вы же могли заявить, что деньги вам подбросили? Да, было бы очень сложно, но вы бы вступили в борьбу везде! В окружных газетах, потом в газетах штатов. И им пришлось бы действовать намного тоньше.
— И я всё равно бы оказался в тюрьме! — вскричал Крауч.
— Кто ещё приходил к вам? — быстро задал я ключевой вопрос.
— Что? — поразился Абрахам.
— Кто ещё приходил к вам? Вы карьерист, мистер Крауч. Не верю, что вы не думали, как выкрутиться из этой ситуации, чтобы не потерять своё место. Здесь, в Америке, каждый второй важный государственный пост занимают после успешного скандала! После того как противник «подорвётся» на каком-то компромате! Кто ещё навещал вас и чего хотел? Вам угрожали?
Судья обмяк в кресле словно кисель. И затем почти беззвучно произнёс:
— Ко мне приезжали братья Манфилк. И сказали, что если я не уйду сам, то они найдут мою дочь. И похитят её… А дальше… — и Абрахам спрятал лицо в ладонях и беззвучно затрясся.
— Вот это уже больше похоже на правду, — чуть ослабил я хватку, — Не сто́ит стыдиться этого, Абрахам. Вы сами сказали: вы вдовец. Дочь у вас одна?
— Да…
— Беспокойство за неё — вполне нормальное и понятное мне чувство.
Я налил ещё виски и пододвинул стакан Краучу. Он чуть помедлил и взял его. Теперь он пил медленно, погрузившись в тяжёлые думы. Я не торопил его. Мне тоже не особо приятно было «взламывать» человека. Эта игра походила на то, словно я в разговоре ищу нужную отмычку для замка. А затем нахожу её и резко открываю дверь. Я не хотел излишне мучить Абрахама. К нему приходили подручные Пророка — Манфилки. Которые отдают людей на съедение медведям-людоедам. И угрожали дочери Крауча. Понимаю его страх. Сейчас главное для меня — собрать побольше сведений, спровоцировать нападение сектантов из Аунего на завод, а затем распиарить информацию о том, что конгрессмен с подручными сектантами и Пророком участвуют в геноциде индейцев в резервации. А в верховном суде штата есть люди, которые его в этом поддерживают. Только мне нужны сильные союзники, которые выступят на нашей стороне. И я даже знаю — какие!