— Да он вон ЦРУ разоблачает в прямом эфире — защищает меня Романов
— Кстати, о ЦРУ — хмурит свои знаменитые брови Брежнев — Тут Юрий Владимирович опять про тебя рассказывал гхм… истории… Просил санкцию опросить тебя. Я сказал, что если мать не против… Что вообще там случилось в Италии?
Две репетиции было. Пора давать премьеру. Мой голос звенит, губы дрожат, кулаки сжаты. Я тыкаю себя в порезы на лице, кусаю губы. Мужчины впечатлены. Расспрашивают, перебивают. Показываю, как включал передачи на Land Rover, рисую пальцем на столе название Беретты. Брежнев качает головой, Романов наливает мне еще морса.
— Ты прямо как наш спецназ — Устинов надевает очки и внимательно на меня смотрит — Я вот участвовал в войне, но так никого и не убил. А ты семь врагов застрелил! И как только смог⁇
— Итальянцы крик поднимут — вздохнул Брежнев — Хоть и албанцы, а убиты советским… гхм гражданином… подростком. Понятно, что самооборона, но… Эх… только-только наладили отношения с Андреотти…
— Скандал на весь мир — поддакнул Гришин
— Замнут — уверенно заявил Романов — Им тоже не выгодно выносить все грязное белье на публику. Потом Кальви может стать премьер-министром. Его популярность в Италии сейчас очень высока. Тогда мы вообще в плюсе.
— Ты то откуда знаешь⁇ — обернулся к Романову Брежнев
— Прессу читаю. Иностранную — пожимает плечами Григорий Васильевич
Ага, прессу. За такой срок никакую газету не успели бы привезти в Ленинград. Голоса он слушает. Он или Сенчина. Которая ему потом на ушко пересказывает. Может быть даже нежно прижавшись. Что-то меня не в ту степь несет. Я извиняюсь, выхожу из предбанника и забираю из раздевалки свою сумку, с которой летел в салоне самолета. Тут кое-какие деликатесы, которые наши лидеры возможно захотят попробовать. Вспоминаю про группу. Надо позвонить, узнать как у них дела, прошли ли таможню… Надеюсь, Леха сможет получить мои чемоданы в аэропорту. Иначе родственники могут остаться без подарков.
В раздевалке генералов уже нет — они прогуливаются вдоль бассейна. Увидев меня с сумкой, заинтересованно идут за мной в баню. Показав телохранителям содержимое, вхожу внутрь и выкладываю на стол пармскую ветчину, сыры, оливки, свежие итальянские багеты, пару бутылок Chianti, наконец, миндальное печенье и шоколад. Гастрономический экскурс имеет успех. Чурбанов с Романовым моментально открывают штопором вино, разливают его по бокалам. Мужчины ломают хлеб руками, засовывают внутрь сыр и ветчину. Несколько минут слышится только хруст и довольное хмыканье. Да, они все были за рубежом. Пробовали кухню разных стран. Но свежие итальянские продукты — вне конкуренции. Спасибо Риму и… Ладе, которая все это для меня купила.