— Нам некогда, — резко обрывает геодезист.
Горохову на него плевать. Главное, что бы этот мерзавец за оружие не хватался. Он говорит Людмиле:
— Альбине нужно срочно уехать, она хочет снять свои деньги.
— Снять деньги? — Спрашивает Брин и уже говорит Людмиле: — Дорогая, ты не помнишь, сколько на счету у Альбины?
— Девятьсот шесть рублей, — сразу отвечает его жена.
— Девятьсот? — Удивляется Альбина. — Мне казалось, что там больше.
— Девятьсот шесть рублей с копейками, и это по срочному вкладу, — сказала Людмила как отрезала.
Горохову немного неловко, перед ним стоит женщина в нижнем белье и даже не собирается одеваться. Она что, так весь разговор будет стоять? И муж ей ничего не говорит.
«Интересные у них отношения».
Альбина тоже, кажется, чувствует неловкость, справа от неё грязный Горохов с головой мертвяка, слева почти голая Людмила, как это всё… Она вздыхает.
— Нам нужны эти деньги сейчас, — говорит геодезист.
— Сейчас? — Брин пытается изобразить улыбку, но у него выходит жалостливая гримаса.
— Нет, дорогуша, — Говорит Людмила, смотря на геодезиста.
«Дорогуша? Это она мне?»
— У нас сейчас денег, даже пары сотен не наберётся. — Продолжает Людмила. — С караваном пришли торговцы, мы сделали большие вложения. В течение недели, я думаю, мы сможем закрыть Альбине счёт.
Она говорит таким тоном, что после её слов уже не хочется развивать эту тему дальше. Но Горохов продолжает:
— Нет, у неё нет времени ждать.
— А у нас нет денег, дорогуша…
У неё на лице полуулыбка, наглая такая, и глаза эти её зелёные тоже такие наглые.
«Опять это слово! Это она точно мне!»
— У нас на балансе только операционный минимум, сто восемьдесят девять рублей, мы его отдать не можем, — твёрдо говорит Людмила.
«Это тебе за дорогушу , пусть муженёк знает».
Горохов сразу предлагает Людмиле, прямо при банкире.
— Отдайте цветнину Альбине, а её деньги заберёте себе.
— Люда, я не понимаю, о чем говорит господин уполномоченный? Какая цветнина, о чём он? — Чуть растеряно спрашивает Брин, глядя на свою жену.
— Ладно, — чуть подумав, ответила красавица, она даже не удостоила мужа взглядом. — Как скажешь, дорогуша.
«Она что взбесить меня хочет, зачем она фамильярничает?»
— Я не понимаю, — продолжает Брин, он уже заметно нервничает, — какая цветнина, Люда? Вы что, знакомы с уполномоченным?
Она смотрит на него устало:
— Брин, не устраивай истерик. Я тебе потом всё объясню.
— Мне говорили, что ты во время моего отсутствия встречалась с каким-то мужчиной. — Пищит муж.
— Вам не о чем волноваться, у нас были исключительно деловые контакты, — говорит Горохов спокойно.