— Я не знаю, что между вами произошло, — строго сказал Каринин отец. — Но совершенно точно знаю, что разбираться нужно, как цивилизованные люди — без криков и не на ночь глядя. Поэтому давай-ка ты, Миша, придёшь в чувство, возьмёшь себя в руки и сейчас пойдешь домой. Покинь нашу квартиру и перестань здесь кричать. А завтра или в другой день, когда соберешься с мыслями и успокоишься, встретитесь, если захотите, с Кариной, и всё обсудите.
— Но… — попробовал возразить Миша.
— И без всяких «но», — отрезал отец Карины.
Он настойчиво выпроводил Мишу за дверь, снова предложив тому идти домой и сегодня больше не возвращаться.
Карина была очень довольна тем, что родители её защитили, заступились за неё.
— Спасибо, папа, — благодарно сказала она.
Но тут же осеклась, увидев выражение лица отца, когда он, закрыв за Мишей дверь, повернулся в её сторону.
— А вот теперь мы с тобой поговорим серьезно, — проговорил отец угрожающе.
Родители вместе с Кариной прошли на кухню.
— Я так понимаю, урок, полученный тобой летом, впрок тебе не пошёл, дочка, — сказал отец серьёзно.
— Не понимаю, о чём ты, — сказала ему Карина, хлопая глазами и изображая наивность.
— А ну прекрати сейчас же! — пристукнул по столу рукой отец, строго глядя на дочь. — Прекрати паясничать и заканчивай этот спектакль. Мы ещё летом с тобой на эту тему говорили, но, похоже, у тебя в одно ухо влетело, а в другое вылетело, и никакая информация в голове при этом не задержалась.
Карина при этих словах отца насупилась и, повернувшись, стала смотреть в сторону.
— Ну-ка, не смей так себя вести, — вступила в разговор мама, тоже немало возмущенная поведением дочери. — В глаза смотри нам и отвечай на вопросы. Если виновата, имей смелость хотя бы это признать.
— Я ни в чем не виновата, — стояла на своем Карина. — И говорила я про этого Мишу и его новую пассию только правду. А что ему правда не нравится, так это не мои проблемы.
— Правду, говоришь? — поинтересовался отец у Карины вкрадчиво. — Такую же, как те истории про поход, в котором тебя все притесняли и заставляли всю работу за них делать? Мы с мамой имели возможность убедиться тогда воочию, насколько «правдивы» были твои слова. До сих пор вспоминать неприятно, как родная дочь нам врала, в глаза глядя.
— Дочка, да что с тобой происходит? Почему ты так себя ведешь? — поддержала отца мама. — Даже если ты расстроена и обиделась на Мишу за то, что он захотел расстаться, это не дает тебе права так некрасиво поступать с ним.
— Ничего я не расстроена, — вскинулась Карина, — пусть катится на все четыре стороны вместе со своей этой стервой калининской, раз она ему важнее. И не понимаю, почему вы на меня нападаете. Я же ваша дочь. Вы на моей стороне должны быть, а не всяким проходимцам верить.