Постарался приободрить ее — ну а что еще делать-то, ехать ей все равно надо. Если не поедет сейчас, то надо сразу бежать увольняться из ССОДа… И еще и по статье можно вылететь с работы за срыв командировки. Но все равно, прощаясь с детьми в очередной раз, жена разрыдалась. И они охотно ее поддержали, тоже от души заревев, после чего уходить пришлось очень быстро. Так что в аэропорт жена ехала с очень грустной моськой.
— Ладно, не так и долго тебе кататься осталось, хоть не две недели, а только десять дней. Да еще и в разных городах, так точно быстрее время пройдет. — продолжал я успокаивать ее по дороге. Кое-как, вроде, вышло, и она немного взбодрилась.
Передал ее с рук на руки киносъемочной бригаде. Вот мужики, напротив, были в прекрасном расположении духа. Начали шутить, и понемногу подняли и жене настроение. Улетала уже без слез в глазах.
Покачал головой, идя к машине. И путешествовать надо, полезно очень для кругозора, и с семьёй расставаться неохота.
Приехал домой и, как и договаривались, пошел за Ахмадом, звать его к нам на обед и решить заодно вопрос с его автобиографией. Здорово, что тесть Сатчана вызвался помочь с трудоустройством моего отчима, значит, теперь моя задача сделать так, чтобы министр был доволен той информацией об Ахмаде, которую ему Сатчан от меня передаст.
Венесуэла, Каракас
В столицу Венесуэлы Диана с Фирдаусом прилетели поздним вечером. Было темно. Диана была очень разочарована, что даже моря, подлетая, не увидела, хотя муж сказал, что оно прямо под ними, аэропорт расположен на берегу. Пришлось довольствоваться видами огромного, освещенного яркими огнями Каракаса, которыми Диана любовалась, пока они ехали из аэропорта. Город раскинулся по окрестным холмам и ночью представлял собой очень живописное зрелище.
Компания партнеров прислала за ними водителя с машиной. Хосе, как представился водитель, сносно говорил по-английски и объяснил им, что прикреплен к ним на все время пребывания в Каракасе.
Расспросив водителя, Диана с Фирдаусом узнали, что на завтра у них запланирована экскурсия по столице и окрестностям.
— Завтра выходной, — объяснял водитель, — никто не работает. Утром в десять часов приедет переводчик, и мы повезем вас знакомиться с нашей столицей.
— Блин, не хочу завтра утром вставать рано, — прошептала Диана мужу. — Так устала за поездку, выспаться бы.
— Согласен, — кивнул тот, зевая. — Но отказывать невежливо. Плохое начало знакомства.
— Это да, — грустно кивнула Диана, понимая, что соскочить не удастся.
Дорога у них получилась насыщенной впечатлениями и очень тяжелой. Сначала летели до Лондона. Перелет показался Диане адом, потому что в первом классе рядом с ними летела семья с четырьмя детьми в возрасте от двух до десяти лет, если смотреть по виду. Дети были страшно избалованы, постоянно кричали, чего-то требовали, кидались игрушками и едой, один раз даже подрались, а их родители вяло делали иногда замечания, даже не пытаясь повлиять на процесс. Диане, воспитанной в советских реалиях, было очень трудно понять и принять такой подход. Она один раз даже не выдержала и хотела пойти навести порядок, когда неудачно брошенная кем-то из детей машинка прилетела ей в голову. Но Фирдаус ее остановил, попросив не вмешиваться, поцеловал, после чего взял игрушку и молча с улыбкой передал ее ребенку.