Москва. Песчаная улица.
Захаров и Бортко опять встретились в парке у дома Захарова. Их встречи уже стали традиционными. В конце каждого рабочего дня Мещеряков докладывал им о проделанной работе за день.
— Ну, что нового, Андрей Юрьевич? — с нетерпением спросил Бортко только подошедшего Мещерякова.
— Приветствую, товарищи, — поспешно пожал Мещеряков протянутые руки. — По порядку… Значит, разобрались мы с супругом Дружининой. Большой начальник в Центральном профсоюзе, как нам первоначально удалось узнать, на самом деле, это заместитель начальника отдела в ВЦСПС.
— Да уж, небольшого полёта птица, — хмыкнул Захаров, переглянувшись с Бортко. — Вряд ли Сальников так оборзел, рассчитывая на его покровительство.
— Зато теперь понятно, как Дружинина председателем месткома оказалась, — заметил Бортко
— Выяснили, на какой должности тот однокурсник, что во Внешторге? — спросил Захаров.
— Да, он начальник отдела, — ответил Мещеряков. — Текущих контактов Сальникова с ним не зафиксировано.
— Внешторг, конечно, очень влиятельная организация, — задумчиво проговорил Захаров. — Но не на уровне начальников отделов. Тем более, зачем ему заниматься чем-то, что не связано с заграничными поставками товаров? Они там свой клювик окунают. В полной безопасности, никому ни в жизнь не докопаться, сколько они получили на лапу в какой-нибудь Франции через посредника…
— Да, вряд ли это наш соперник, — усмехнулся Бортко. — Это кто-то другой… Не тот уровень, чтобы вот так нагло себя вести!
— Согласен, — кивнул Захаров и закурил. — Тут надо себя очень уверенно чувствовать…
— Тут обнаружился ещё один его однокурсник, — доложил Мещеряков, — сотрудник генпрокуратуры. Я тихонько поспрашивал своих знакомых… Он заместитель руководителя управления кадров Центрального аппарата Прокуратуры СССР.
— Ну, вот! Это уже ближе к истине! — воскликнул Захаров. — Так… Нужно поднять знакомства в генпрокуратуре. Чтобы объяснили товарищу… Как его там?
— Успенский Александр Дмитриевич, — подсказал Мещеряков, — советник юстиции третьего класса.
— Вот-вот, чтобы объяснили товарищу Успенскому, что не быть ему начальником управления, если продолжит поддерживать Сальникова.
— Там как бы одним этим не обойдётся, — сказал Бортко, так и не успев до конца рассказать Захарову, какой вызов им бросил Сальников. — Там не всё так просто! Они нам прислали третий сорт вместо первого. Теоретически, мы можем его вернуть им обратно.
— Ну так может и вернуть? — спросил Захаров, явно не разбиравшийся в сути вопроса.
— Но извините, на дворе март! Конец квартала! Они сейчас начнут тянуть с оформлением пересорта, представителя пришлют акт оформлять только через неделю-две! А нам что делать? А когда они этот возврат нам на нормальную кожу поменяют? В апреле?