Хорошо уже то, что я вообще смог продавить «спасательную экспедицию». Наличие питомца я не скрывал, и требование выручить ворона восприняли с пониманием. А вот моё желание лично отправиться в Японию восторга уже не вызвало. Даже странно, что меня отпустили. Возможно, сочли, что в текущих условиях там не опаснее, чем в российской столице? Или побоялись, что я взбунтуюсь? Всё же с игроками схемы прошлого не работали, а попытки удержать силой имели мало шансов на успех. Так что сопротивление было непродолжительным, и план начал стремительно обрастать деталями.
Незадолго до этого ООН разразился очередной резолюцией, призывающей оказать Японии всю возможную помощь, а Россия едва ли не первой откликнулась на этот призыв, и нашей группе оставалось только присоединиться к создаваемому конвою.
В дорогу отправилась вся основная группа, насчитывающая десяток игроков, плюс рота охраны. Парни, приставленные обеспечивать нашу безопасность, были в курсе ситуации. Их готовили на роль «юнитов» или, если не повезет, силовой поддержки. В обычных же условиях они обучались по отдельной программе и обеспечивали охрану базы. В Москве остались только трое членов резервной группы да новички.
Перелет до Владивостока занял девять часов и особого интереса не представлял — разве что группу разделили на две части. Как мрачно пошутила Ева — на случай, если один из самолетов разобьется. Случившееся в Токио вообще повлияло на нее не лучшим образом, и тот факт, что она отказалась от замены, вызывал уважение.
Авиасообщение с Японией частично восстановили, и на острова направлялись первые самолеты с гуманитарной помощью и команды спасателей, однако для нас этот путь был закрыт. На Хонсю царил хаос, транспортная система разрушена, и даже если удастся благополучно высадиться, добраться до эпицентра катастрофы будет сложно. И, что важнее, небезопасно…
Так что по прибытии последовала погрузка на корабли и томительное ожидание. Флот вышел в море на шесть часов позже планируемого срока и неполным составом. Время было потеряно, пока ожидали доставки необходимых грузов и экстренно устраняли проблемы — часть кораблей, как это бывает, оказались «в полной боевой готовности» только по бумагам. Да и половина конвоя вообще состояла из гражданских судов, привлеченных к операции добровольно-принудительно.
С учетом того, что двигаться мы могли только со скоростью самого медленного из вымпелов, скорость конвоя не превышала пятнадцати узлов. Преодолеть предстояло порядка девятисот морских миль, что, по предварительным расчётам, занимало порядка двух с половиной суток.