Отец даже заплакал от счастья, обнял меня.
Не смог я ему про Алию всю правду рассказать, всё-таки пожалел его сердце.
Да и есть ли смысл, если отец словно предупредив мои вопросы своё отношение к ситуации уже сам и озвучил.
Он тут не причем, как я и полагал.
Пока у меня были другие дела.
Нужно было ехать к Милане, объясниться с ней и действительно пока забрать её в дом отца.
А еще нужно было позвонить Богдану, рассказать все про семейку Омаровых, Арслана, Алию… Чтобы не дай бог и его семью эти мерзкие твари не подумали коснуться! Вместе с братом мы потом и придумаем как сделать так, чтобы эти люди больше не путались под ногами.
Уничтожить их я мог и сам, но хотелось еще другим урок преподать, чтобы не повадно было, а такие вещи надо с братом обсудить. Богдан старше и сейчас стал хладнокровнее чем я. Я уверен был, что брат поможет и совет даст дельный.
Ехал к Милане, снова думая, что на крыльях любви лечу, не подозревал, что черные силы уже приготовили мне сюрприз…
***
МИЛАНА.
Я лежала в кровати, чувствовала себя не важно с утра. Душу грели воспоминания о нашей встрече с Ренатом, о том, как страстно он меня целовал, как жарко любил. Верила я в то, что единственная для него, он это мне сумел прекрасно показать. Любил, лелеял, такие слова нежные шептал. Так в глаза смотрел!
Но потом не позвонил!
А ведь обещал.
И сразу сердце не на месте…
Что случилось? Что стряслось?
Сама ему позвонить я почему-то побоялась. Набрала разок, но он был недоступен. Мне стыдно стало – может, он занят? Вопросы серьёзные решает, а я мешаю.
Но вечер и ночь прошли, утро наступило – ни ответа, ни привета!
И, конечно, опять в мою буйную головушку всякие мысли полезли.
Мне нужно было в институт поехать, но я все проспала, пропустила. Настроение сразу ниже плинтуса упало.
Уговаривала себя, что все хорошо, но места найти себе и успокоиться мне никак не удавалось.
Телефон зазвонил, я аж подскочила!
Ренат!
Наконец-то!
Милый, любимый, родной…
Хотелось сейчас же лететь к нему, быть рядом!
В любви признаваться.
Я ведь только вчера поняла, какое это счастье: любить, быть любимой, иметь возможность сказать своему мужчине, что ты его любишь!
Боже, как же это было хорошо, как душу грело!
Но звонок шёл совсем не от моего мужа…
Алия.
Шестое чувство мне подсказывало – не бери трубку, Мила!
Не надо тебе с ней говорить!
Она не добра тебе хочет!
Но я решила всё-таки ответить – вдруг с Ильясом, отцом Рената, что приключилось?
Я улышу на том конце сдавленные рыдания.
– Милана… Сестричка… Я… Я не хотела тебе говорить, но… Ты должна знать всю правду. Твой Ренат… – она говорила сбивчиво, всхлипывала всё время, а у меня сердце сжималось, как у цыплёнка на которого лиса напала. – Твой Ренат был со мной.