Глаза цвета стали метнулись сначала на Гуго, а потом на Светлану. Тонкие губы сложились в жёсткую усмешку.
— Кажется, я стал чьей‑то собственностью.
Лёгкий акцент выдавал, что русский язык для Арчера не родной.
Без прелюдий и раскачки Светлана начала твёрдым голосом вбивать в голову Харта директивы:
— Запрещаю прямо или косвенно причинять вред мне, моей семье и Гуго. Гуго — старший, слушаешься его приказов как моих. Твоя главная задача — защищать меня, мою семью и моих людей. Тебе ясно⁈
— Да, мне ясно, — последние слова Харт из себя буквально выдавил; при этом в его взгляде на Свиридову не было ничего, кроме ненависти и какой‑то безумной злобы.
— Гуго, купи для Харта одежду по сезону, — рыцарь молча встал, бросил на паранорма предостерегающий взгляд и вышел.
— Не смотри на меня и вообще выйди в другую комнату!
Светлана поёжилась от взгляда Харта, который был одновременно ненавидящим и каким‑то похотливо‑липким.
«Б‑р‑р, ну и мерзость».
Достав телефон, Светлана вбила в поисковик имя Харта и узнала, что данный психопат в своё время был довольно широко известен в США, Канаде и Мексике. И, что удивительно, убил его никто иной, как всемирно известный целитель Лазарь.
«Надо же, как тесен мир паранормов, а я думала, что фигура такого масштаба вообще из России не выезжает. Хотя это же было больше двадцати лет назад».
По пути домой Светлана подробно выспрашивала, что Харт может, и была поражена его силой.
Первое, что удивило Свиридову, — это полёт: её новый миньон без дураков умел летать, правда, с рядом ограничений, но тем не менее.
Ещё одним его умением был гравитационный щит: Харт создавал вокруг себя что‑то вроде сферы, которая отклоняла в стороны всё, что двигалось к нему. Естественно, тоже с рядом ограничений, но застрелить готового к этому паранорма можно было только из пушки — любое ручное оружие было бесполезным.
Для атаки у Харта имелось несколько придуманных им приёмов. Первый — это изменение гравитации для отдельных предметов, которые начинали «падать» на атакуемого. Ещё один — это искажение вектора для самой цели или части её тела. Выглядело это так: человек или предмет вдруг начинал быстро лететь вверх или в сторону и либо разбивался о стены, либо, достигнув границы силы Харта (а это больше двадцати метров), со скоростью свободного падения возвращался на грешную землю. Если сила была применена на отдельную конечность или конечности (а Харт частенько проделывал такой трюк), то несчастный, словно муха в руках злого ребёнка, просто лишался их.
Были и более кровавые трюки: это когда меняли гравитационные векторы для всех органов разом — человек буквально взрывался, разлетаясь кровавым фаршем.