Через несколько часов, пропылённые и усталые, мы доехали до нужного кишлака. Причём последние километры пришлось ехать по горам. К счастью, дорога была более‑менее приличной, и добрались мы без лишних нервов.
Зато в самом кишлаке чуть не случилась перестрелка. Навязанная мне охрана под началом Рашида едва не открыла огонь по людям Вазита, что привезли деньги в кишлак.
Едва успел вмешаться: пришлось даже давить на Рашида, угрожая, что если его боевики не опустят оружие, никаких сделок с ними не будет.
Пришлось некоторое время, как в дешёвом боевике, постоять между двумя агрессивными, что‑то вопящими на своих языках вооружёнными группами людей.
В итоге всё же убедил не устраивать бойни. Да и сам Рашид уже особо не рвался воевать, когда узнал, что это боевики НОАА.
Чтобы не провоцировать афганцев, Рашид отвёл своих людей на край кишлака, даже не собираясь уезжать обратно, хотя мы договаривались только на дорогу до Шахрака.
— Идём, — позвал нас высокий афганец в натовском камуфляже и с «калашом» с явным избытком «обвесов».
Приземистый, вросший в землю дом, сложенный из дикого камня, больше походил на сарай. Внутри, кстати, тоже, хотя, судя по убогому скарбу, там жили люди.
В одной из комнат, запаянные в прозрачную плёнку, лежали четыре тонны долларов. Деньги были разделены на десять больших упаковок, на каждой было выведено маркером: «50 000 000 $».
Выборочно проверить зелёную бумагу на подлинность с моими «примочками» много времени не заняло.
— Всё верно, — кивнул я боевику.
Мужик молча развернулся и вышел. Пять минут спустя бойцы НОАА уехали в сторону Афганистана. Зато люди Рашида сразу же перебрались поближе и стали шнырять вокруг, очень меня нервируя своим поведением.
Парочка особо наглых даже хотели войти в дом с деньгами. Но направленного на них ствола пулемёта хватило, чтобы заставить их передумать.
Всё это время я был на связи со своими людьми в Душанбе благодаря Наблюдателям, которых я в количестве двух десятков развесил до самой столицы Таджикистана. Связь у нас была преотличной.
Кстати, благодаря такому ходу я теперь при желании мог организовать воздушную атаку на Душанбе, но вместо этого просто организовал воздушное прикрытие для перевозчика и своих людей.
Как только самолёт Свиридовой коснулся бетона посадочной полосы, я уже знал о её прилёте и предупредил Николая Васильевича, чтобы встречали гостью.
Восемь часов спустя перевозчик добралась до Шахрака точно таким же способом, что и я. Хотя, конечно, никто ей в качестве «охраны» не стал навязывать десятки боевиков.