Лишь после того, как его заместитель вошел в кабинет с несколькими листами в руках, он успокоился окончательно.
Бегло ознакомившись с содержанием исписанных мелким почерком листов бумаги, он удовлетворенно хмыкнул и посмотрел на довольного Демидова.
— Молодец, Никита Данилович. Как твой шеф — гарантирую тебе орден и путевку на Алтай.
— Спасибо, Георгий Васильевич, но мне бы к морю…
— Перебьешься. У нас еще пока не сезон по морям кататься, а по заграницам я тебя искать не собираюсь. Известное дело… Будешь мне потом рассказывать, что связи не было, — нахмурился Бестужев. — Мне прошлого раза вполне хватило, так что будешь дышать чистым воздухом родного Отечества.
— Понятно, — вздохнул Демидов. — Служу Отечеству.
— Вот это правильно, — одобрил граф. — Но на сегодня пока не все. Арестуйте по горячему Бирюкова и Ворона. После арестов доложишься мне. Игнатьева сразу в самолет и сюда. Порфирия этого тоже к нам, на Лубянку.
— Будет сделано, Георгий Васильевич.
— Завтра можешь взять выходной. Всем участникам передашь благодарность от моего имени и список подашь на награды и памятные подарки.
— Слушаюсь, ваше сиятельство.
— Ну и на завтра ресторан какой-нибудь под нас закажи — будем кутить. Только, чтобы народу не слишком много. Человек тридцать, не больше. Разнесете все к чертям…
— Есть заказать ресторан, — повеселел Никита. — Могу идти?
— Давай, топай.
Демидов бодрым шагом покинул кабинет, а граф взял телефон, торопливо нашел в книге контактов номер Николая Александровича Романова, глубоко вдохнул и нажал кнопку вызова.
— Что за зверь? — спросил у меня Верховцев, глядя на лежавшего возле камина ящера.
— Крокодил карамба! — важно ответил ему Тосик, развалившийся на ящерице.
— Шушик зовут, — сказал я. — Гость из иного мира.
— Странный он какой-то… Ярко-оранжевый весь, — хмыкнул Леонид Александрович.
— Он разный бывает. Цвета умеет менять, зараза.
— Вы без настроения, Владимир Михайлович?
— Нормально, — отмахнулся я. — С Василисой общался перед вашим приходом, так что сами понимаете. Вы то чего так поздно пожаловали?
— Новости у меня хорошие, ваше сиятельство, по телефону всего не скажешь, а захотелось поделиться как можно скорее.
— Если вы про Нижний отчитываться, так можно было утра подождать, — я наклонился и погладил Шушика, по телу пробежала приятная волна. — К тому же я вам разрешил отоспаться. Кстати, мне звонил сегодня этот Фома. Говорил, что его бес какой-то попутал и просил счет, куда можно извинения перечислить. Я обещал подумать… Может и в самом деле не убивать его?