— Так что же пошло не так? — удивился Нге. — Мне говорили, ты настоящую бойню там учинил.
Стиг пожал плечами:
— Преувеличивают.
— Разве?
Мастер ножей вздохнул, его взгляд затуманился. Похоже, о событиях тех дней ученик Знающего вспоминал с неохотой.
— Мне пришлось это сделать, — глухо произнес Стиг. — Дети ветра… они хорошие люди. Понятно, что не все. Те, которых я знал. Той участи, что была им уготована, они не заслужили. Однажды ко мне явились Линн и Уэ со своим сынишкой.
— Интересный мальчик, — заметил Нге.
— Согласен, — кивнул Стиг. — Так вот, они попросили взять ребенка в ученики. Умоляли, чуть ли не стоя на коленях. Паренек еще не выбрал себе мирское имя, поэтому к нему обращались, используя слово «ин», что означает «безымянный ребенок мужского рода». Именно с таким смысловым оттенком. Я сказал, что не могу брать учеников, поскольку не прошел испытание и не являюсь Наставником. Уэ настаивал. Я спросил, почему это так важно для него и почему бы не обучить ребенка основам ветряной магии? На что мне ответили, мол, ин чертит в воздухе руны и творит непонятные вещи. Дед полагает, что его путь лежит в Гильдию. А что за вещи, спросил я. Линн начала перечислять. Притягивание острых предметов по воздуху, удерживание мелких камушков в подвешенном состоянии, исцеление мелких ран на теле животных…
— Достаточно, — остановил Нге. — Это задатки мастера, ты правильно оценил обстановку. Переходи к сути.
— Суть проста, — вздохнул Стиг. — Таланты мальчика не укрылись от глаз соседей. Горожане ни с чем подобным не сталкивались.
— А представители Гильдии? — удивился Нге.
— Это другое дело. Мы проходим специальное обучение в великом Трордоре. И то нас недолюбливают на юге. А ребенок, подвешивающий гальку в воздухе… В общем, это сродни магии ветра. Есть в Джандарагале один религиозный культ, его адепты называют себя едиными . Проповедники культа явились с западных окраин. И это учение набирает популярность.
— Единые? — переспросил Нге.
— Верят в Единого Бога, — пояснил Стиг. — И называют еретиками всех, кто допускает поклонение иным божествам.
— В Урхате тысячи богов, — фыркнул Нге. — Что мешает поклоняться всем сразу? Или тем, кто приглянулся больше других?
— Единые так не считают, — пожал плечами Стиг. — Они пугают простых людей посмертными муками и обещают небесное блаженство душам исправившихся. А чтобы исправиться, надо отказаться от многобожия и перейти в их веру.
— Ладно, я понял. А мальчик тут причем?
— Магия у единых тоже под запретом. В любых проявлениях. Это происки темных сил, как они говорят. Следует предать смерти всякого, кто колдует.