Обыск тел и обоза все воспринимали по-разному. Кто-то с воодушевлением лазил по карманам, складывал все золото и украшения, и не интересовался ничем другим. Некоторые проявляли профессионализм, или хотя бы его видимость, и в первую очередь изучали документы и накладные на товары. Сам Эдвин предпочитал изучать содержимое телег.
Их четвертая не могла похвастаться разнообразием. Бочки, опять бочки, личные вещи погибших…
— А что в бочках? — заинтересовался Альварес.
— Вино.
— Это ты как узнал?
— На них написано, — указал Эдвин на надпись. — И судя по количеству, живущих в замке отчаянно мучает жажда, которую водой не утолить.
Бочки впечатляли. Огромные, недостающий до роста взрослого человека совсем немного. В обхвате… Эдвин прикинул… три или четыре сотни литров каждая. На каждой магическая печать, контролирующая целостность. Ни вскрыть, ничего не сделать незаметно. У него начала формироваться какая-то мысль.
— Жалко их, — выкинул из телеги тело мертвого солдата Альварес, и принялся потрошить их рюкзаки. Причем все, что он считал ненужным, выкидывал туда же — за борт. Монеты он откладывал, как и мелкие полезные вещи. Флягу, бритву, ножи. Если самому не понадобится, кто-то из отряда сможет заменить свои на понравившиеся.
— Чего их жалеть? Они нас точно жалеть не станут. Ты же не будешь свою антиимперскую ересь опять продвигать? — Эдвин на всякий случай огляделся по сторонам в поисках свидетелей речей Альвареса. Вроде никого рядом не было, и все были заняты своими делами. Это ни о чем не говорило, на самом деле. Уши греть можно и на расстоянии, а разговор их после на бумагу перенести, и отправить куда надо.
— Тут ведь дело в том, что войну ведут не только дворяне, а точнее в большинстве своем не дворяне. Во все времена в магических войнах в бой в первых рядах идут крестьяне и прочий простой люд. И противостоят они таким же крестьянам. Наспех обученный и вооружённый бежит он в атаку, надеясь, что злобные маги противника будут сегодня пьяными и не попадут в него, а маги союзники наоборот очень меткими и тоже не попадут в него.
— Все же будешь, — обреченно понял молодой маг. — Это тоже друзья сказали, или сам так считаешь.
— Беседовал на эту тему со своим другом Ником, вот мы и сошлись в этом мнении, — он кивнул на тела. — Тут же почти все тела это люди, которым взаимоотношения наших стран не нужны. Вот тот, вроде обычный возница. Я его когда убивал, прям видел, что он оружие второй раз в руках держит, и то держит скорее как инструмент для колки дров. Им бы свою жизнь прожить спокойно, детей воспитать, а не вот здесь в канаве мертвым лежать.