— Однако, м-да, — только и смог ошарашено протянуть Воронцов.
— Уверен, что хочешь такого, не побоюсь этого слова, гениального паренька отдать в руки Гурзеева?
— У меня выбора нет, — тяжело вздохнул Воронцов. — Если в течение пяти лет я не смогу найти ученика Гурзееву, то этим займется совет магов. Ну а там уж точно все провалят. И все бы ничего, но через восемь лет очередь на ученичество переходит Ильгазу. И вот это уже серьезный удар по имиджу Империи. Не дай боги, у них выйдет предоставить ученика архимагу лучше, чем у нас, и все. Это будет позор на весь мир. Кроме того. Если Корнеев сможет выжить и стать полноценным учеником Гурзеева, то ты понимаешь, насколько мощного мага мы получим в будущем? И это нам сейчас нужно как воздух. И так у Империи стремительно падает мировой рейтинг.
— Хочешь его руками потом устранить ученика от Ильгаза? — хмуро прищурился Гудков.
— Не делай из меня монстра, — раздраженно раздалось в ответ. — Я нормально отношусь к жителям Ильгаза и у меня так-то оттуда очень много родни по линии жены. Я не перевариваю их продажное правительство, которое до сих пор никак понять не может, что большинство граждан Ильгаза хотят обратно объединиться с Империей, и стать снова большим и мощным государством. Которое будут уважать во всем мире, как и раньше. Так что вредить кому-то из граждан Ильгаза я не намерен. Даже если это будет успешный маг с промытыми лживой пропагандой мозгами. Ведь всегда можно правдой открыть разум на реальность. Так что я озвученный тобой вариант даже не рассматриваю. Зачем убивать того, кого можно переманить на свою сторону?
— Я понял тебя, — расслабленно покивал головой Гудков. — Постараюсь сделать все что смогу.
Подходя к зданию СБР, я предвкушающе улыбался. Перед глазами уже стояла картина, как я опять вхожу в кабинет к Пуговкину и представлюсь по уставу. То есть максимально громко и четко, так чтобы окна задрожали. Так сказать, маленькая месть за то, что мне пришлось пережить вчера с садистом Гудковым. Ну а что? Должен же кто-нибудь из вояк пострадать за все, что мне пришлось ощутить на собственной шкуре, в буквальном смысле данного выражения. А здесь и цель просто изумительная. Лежит небось у себя в кабинете с закрытыми глазами и расслабляется, а тут я такой весь из себя «правильный». И главное, обвинить меня ни в чем не получится. Я же как бы все по уставу сделаю.
То что Пуговкин не виноват в том, что произошло вчера, меня не остановит. Он один из моих командиров? Да. Военный? Тоже верно. Значит, виноват априори. А любой из командиров в итоге должен страдать! И я буду не я, если не отомщу всем этим садистам, по ошибке названным моими наставниками. Это ведь кажется, что магия лечения способна на все что угодно. А по факту боль от ушибов, ссадин и переломов руки никуда не исчезла. Я пока дошел от тренировочного зала до медкорпуса, чуть волком не выл. Рука, ребра и все тело болело и ломило нестерпимо. А главное, этот урод Гудков выжал из девок, что мне помогали, всю энергию до предела и лишь после этого остановил избиение бедного меня. И то, что затем меня подлатали, и боль ушла, ни капли его не извиняло!