В общем, магию они не культивируют.
И очень зря.
— Кампус Туровской духовной семинарии, — сказал я.
Машина завела двигатель, тронулась с места и начала аккуратно выбираться с парковки, забитой полицейскими «НАЗами».
Троглодит перебрался на переднее сиденье. Всё это время зверушка терпеливо дожидалась меня в салоне «Таврии». Не хотелось смущать стражей порядка.
— Соскучился? — глажу кота за ухом.
В ответ раздалось довольное мурлыканье.
Когда мы выбрались на трассу и набрали скорость, я обратил внимание на свёрток в руках. Копы упаковали меч в коричневую обёрточную бумагу, перевязали верёвками и залепили сургучом. Избавившись от этого хлама, я воззрился на добычу.
Меч покоился в ножнах.
Я помню этот клинок — он всегда висел в гостиной первого этажа, над камином. Позже, незадолго до моего ухода из дома, граф забрал оружие в спальню. Не иначе, опасался нападения.
Ножны не были украшены вообще ничем. Ни золотым или серебряным тиснением, ни драгоценными камнями. Только врезанный в кожу родовой герб. Сильно упрощённый. Рукоять двуручная, навершие «рыбий хвост», слегка вогнутая гарда. Батя владел длинным и тяжёлым вариантом бастарда — из тех, что весят по два с половиной килограмма.
Плавно извлекаю клинок.
На две трети.
Так и есть: метровый клинок, сечение шестигранное, неглубокий и короткий дол. Оружие боевое, не церемониальное. Уверен, если проверить заточку, всё будет по высшему разряду.
Вот только есть один нюанс.
Я не чувствую веса.
Нет, серьёзно. Где эти два килограмма? Оружие весит пятьсот-семьсот грамм, не больше. И металл необычный. Серый, блестящий. Больше смахивает на ртуть, а не на дамасскую сталь, из которой принято ковать хорошее оружие.
Краткий миг…
Меч словно откликнулся на моё прикосновение, изготовился к чему-то… а затем отключился. Уснул. Иначе не скажешь. Я как бы притронулся к живому существу, но так не бывает.
Вкладываю клинок обратно в ножны.
Каббалистики нет.
Оружейники не помещают вставки в структуру мечей, чтобы не нарушать целостность. Знаки гравируются на клинке, как и геометрические линии.
Здесь что-то иное.
«Таврия» мчалась по широким улицам, меняла полосы, стояла на светофорах — и всё это без моего участия. Я же погрузился в размышления о наследии Володкевичей. Ох, и непростой Род мне достался. Батя что-то скрывал, и об этом прознали недоброжелатели. У меня даже фантазия отказывает представить, что там затаилось в подвале. И этот меч… Я бы сказал, внеземного происхождения. Убийцы оружие почему-то не забрали. Всё выглядело так, что мою семью задумали истребить под корень, а потом выкупить имение. Причём, за любые деньги.