Нескольких таких клиентов я осознанно слил. Ну чувствуют они отношение и не успокаиваются. Так и стараются сломать. Придирками, хамством, откровенными наездами. Нахрена — сами не понимают. Я тоже в психологи не нанимался. Потому сливал. У других нормально складывалось. Кому не поперёк шерсти ходить на цыпочках и кланяться в ответ на любой выпад.
Однако работа тем и хороша, что от неё ты можешь отказаться. Благо, страна свободная в этом плане. Семья — дело другое. Особенно если ты в этой семье ребёнок. И на дворе девяностые, когда всем на всех класть с высокой колокольни. И неизвестно ещё, что хуже — семья со злобным арбузером или детдом, где тебя будут по прайсу в аренду сдавать.
— Нет. Не забыла, — чуть слышно сказала Света.
— В чём проблема?
— Я не подумала…
— Тебе не надо было. Надо было просто сделать так, как тебе сказано. Ты выбрала забить х… болт.
Во время заминки заботливый папаша метнул взгляд на любимого сыночка. Которому, видимо, до поры не полагалось слышать нехорошие слова. Ну или не полагалось их слышать от отца. В самом деле: должна же школа чему-то ребёнка учить, не всё родителям мучиться.
— Я так больше не буду, — пролепетала Света.
— Ну, посмотрим. — Отец отодвинул пустую тарелку. — Посуду вымоешь — ко мне зайди, поговорим.
Предчувствия у меня были крайне хреновые. Чего ждать от этого «поговорим»? Мысли бродили разные, от некоторых натурально тошнило.
Вдруг до меня дошло, что чувство тошноты — нифига не метафорическое. Борю действительно тошнило. На тарелке осталось буквально несколько макаронин с затесавшимися меж ними серыми кусочками фарша.
— Доедать будешь? — спросила Света.
— Не хочу, — буркнул Боря.
— Ну, иди тогда.
— А чай пить будем?
— Н-не знаю. Нет. Тебе вскипятить?
— Угу!
— Ладно, я позову.
Ей хотелось остаться одной, наверное. Боря не уходил. Вредность этого пацана зашкаливала за все мыслимые границы. Похоже, в семье во всём брал пример с отца.
Света не стала настаивать. Вздохнула, набрала чайник и нажала кнопку. Тот почти сразу начал шуметь. Света собрала в мойку посуду, и тут где-то в недрах квартиры хлопнула дверь.
— Светка, твою мать, я что сказал⁈
— Я…
— Я тебе сказал, посуду помыла и ко мне зашла! А не чаи гонять.
Света заметалась от мойки к выходу, обратно. Выключила чайник, тут же дрожащей рукой его включила.
— Я помою, — сказал вдруг Боря.
— Точно? — Взгляд, который метнула на него Света, был жалким.
— Угу.
Она ушла. Боря вылез из-за стола и начал мыть посуду.
— Блин, я не знаю, что думать про этого пацана, — сказал я. — Такое чувство, что им управляет генератор случайных чисел.