Впопыхах сняв разорванную блузку, я собиралась бросить ее в мусорное ведро, но внезапно застыла, поймав свой взгляд в зеркале.
Прямо на левой груди проявилось странное пятно. Синяк от его грубых пальцев? Нет, скорее какой-то сложный узор темно-серебристого цвета. Похожий на иней на стекле или на древние руны. Присмотревшись получше, я заметила, что рисунок пульсировал светом прямо из-под кожи. Как такое возможно?
Я неуверенно поднесла пальцы к узору и ощутила электрическое покалывание. Что это? Почему оно реагирует на прикосновение?
Безумная мысль тут же ударила по сознанию.
Метка истинности.
Она появляется только при контакте с истинной парой. С тем, чья душа предназначена тебе свыше.
Сдавленный хрип вырвался из моего горла и мгновенно перешел в пронзительный крик. Я закрыла рот рукой, но было поздно. Через несколько секунд послышались встревоженные голоса, и в комнату ввалились соседки. Черт, я забыла запереть дверь!
– Адриана? Ты как? Что стряслось?
– Все нормально! – выкрикнула я, изо всех сил стараясь унять дрожь в голосе. – Просто огромный таракан. До смерти их боюсь.
Послышался смех, и кто-то недовольно бросил: “И стоило так орать, ненормальная”, после чего шаги стихли. Я снова осталась одна. Наедине с пылающей меткой на коже. Со своим приговором.
Сириус Блэйк.
На следующий день я старалась избегать Блэйка. Бегала по всему университету, выстраивая логистические маршруты через малолюдные переходы. Каждый раз, когда в конце коридора мелькала его мощная фигура, ноги сами несли меня в противоположную сторону.
Эрика, как назло, не отставала, следуя за мной по пятам.
– Ты чего такая дерганная? – пристала она на паре по истории кланов. – Адри, ты за сегодня оглянулась раз пятьдесят, не меньше. Что вчера стряслось в спортзале? Он тебе что-то сказал? Или сделал?
Я посмотрела на нее и почувствовала укол вины. Мы сблизились еще в первый день учебы. Эрика, приехавшая из какого-то крошечного дальнего округа, была шумной и веселой омегой с копной непослушных рыжих кудряшек и верой в справедливость. Именно она первой заговорила со мной в тот день.
Со временем она стала единственной, кому я действительно доверяла. Мы делили пополам отвратительный кофе из автоматов, вместе зубрили конспекты к зачетам и иногда сбегали со скучных пар.
И сейчас скрывать от нее метку, которая мерцала под блузкой, было настоящей пыткой. Мне хотелось уткнуться ей в плечо и разрыдаться, рассказав о подставе судьбы. Но вместо этого я опустила голову, лихорадочно обводя одно и то же слово, чтобы не видеть ее обеспокоенных глаз.