Где-то час мы шли спокойно, всё было тихо, а потом я вдруг уловил множественные сигналы.
Я поднял правую руку и караван, поняв этот знак, остановился. Я повернулся и махнул Кристине, и она тут же бросилась распрягать Геннадия. Я махнул рукой в сторону ближайшего дома, и все сразу поняли, что я прошу их укрыться там.
Через пару минут на улице остались только я, Геннадий и Кристина… ну и ещё повозка стояла, куда ж она денется.
Гончих я тоже отправил в дом с людьми, чтобы они защитили их, если что.
— Можешь уйти в дом, подстраховать людей там, — сказал я Кристине.
— Вот уж дудки! — ответила она, — я твою просьбу выполнила, имею право здесь находиться.
— Дудки! — покачал я головой, — словечко-то какое!
— Нормальное! — нахмурилась Кристина.
Больше я ей ничего говорить не стал. Хочет подвергаться опасности, что я могу поделать. Хоть платок ей дал, и то хорошо.
В принципе, мы все могли бы уйти с открытого места, но ситуация, которая складывалась, требовала нашего присутствия именно здесь. Я, конечно, не мог точно знать, что происходит, но по движению «резервуаров» маны, а другими словами, людей, я уже представлял себе приблизительную картину.
По всему выходило, что кто-то кого-то преследовал. Большая группа гнала маленькую группу. И двигались они все в нашу сторону.
То, что это отважные горожане преследуют бандитов, не очень верилось. Такое бывает, но редко. Скорее всего, всё было наоборот. Банда пытается поймать каких-то обычных людей, а те, что есть сил, стараются удрать.
И если всё обстоит именно так, то я, естественно, собирался вмешаться. Не проходить же мимо!
Так мы и стояли втроём, поперёк улицы: в центре — здоровенный конь-крокодил, слева от него я, а справа молодая, но решительная девчонка. В общем, к торжественной встрече были готовы!
Когда первые бегущие фигуры появились из-за поворота, сказать, что я был удивлён, это ничего не сказать. Я узнал их сразу, по одинаковым холщовым балахонам.
Когда они появились в поле зрения, фигур оказалось ровно восемь, то есть все были живы… пока живы.
Нет, сам я им мстить не собирался, наоборот, планировал выручить из беды, в которой они оказались. А то, что они в беде, было видно невооружённым взглядом. Но вот насчёт дальнейших наших отношений, у меня были серьёзные сомнения.
Как я на них ни злился сначала, однако их мотивы я хотя бы мог понять, в отличие от мотивов тех, кто долго и целенаправленно занимается грабежами и убийствами. И все фразы типа: «не мы такие, жизнь такая» оправданием в моих глазах совершенно не являлись. Раз жизнь такая, то, значит, и возмездие от жизни вы вполне заслужили. И я здесь только орудие судьбы, карающий меч. Жизнь ведь такая — сами сказали!