— Кем ты себя возомнил, сопляк?
Парень подошел ко мне, с силой ударяя по спинке стула и наклоняясь. Лицо брата оказалось впритык к моему, и я чувствовал его разъяренное дыхание. Неприятный страх окутал мое сердце, которое понимало, что последует далее.
Дребезжащий звук раздался по всей столовой, когда крупная ладонь схватила мою голову и впечатала в поднос с едой. Сила удара оказалась достаточной, чтобы почувствовать, как нечто теплое потекло с моего лба по лицу, медленно капая на стол. Это было очень больно, настолько, что стало тяжело сдерживать эмоции. Но сильнее боли от раны меня беспокоила та, что появилась внутри, грозящая разорвать мой череп на части. Множество мыслей и образов стали вливаться в меня, словно они и были частью моего сознания все это время.
Я все также видел великого мага, того, что предстал мне во снах, но теперь его образ стал столь отчетливым, что удавалось понять все его мысли и чувства. Ананта — человек, который превзошел всех на континенте, тот, кто был способен одолеть даже самых сильных мечников несмотря на то, что те всегда были сильнее магов.
Когда боль внутри утихла, я перестал считать Ананту человеком из снов. Все это время этот маг был мной. Множество воспоминаний и знаний все еще ускользало от моего внимания, но сейчас это было не столь важно.
— Господин… — послышался голос Озана, который коснулся моего плеча.
Я уже около десяти секунд лежал лицом в своем завтраке, не подавая ни единого признака жизни. Рана на лбу неприятно щипала, а из нее, очевидно, текла кровь. Ничего такого, что нельзя было вытерпеть кому-то, вроде меня.
Было бы забавно, убей меня Иллириус этой выходкой. Может я и четвертый ребенок, который даже не может мечтать о троне, но по головке за мое убийство его не погладят.
И все же, я был жив. Даже вернул часть воспоминаний из лучших времен, когда из обычного простолюдина выбился в число величайших. Не знаю, стоило ли благодарить брата за такой подарок, но пока что мне не пристало вредить ему в ответ.
Думая о возможных наказаниях за долгие годы угнетения старшенькими, я невольно расплылся в улыбке. Перебарывая свое слабое тело, мне удалось поднять голову, сперва сталкиваясь взглядом с Дамарионом. Как только мы посмотрели друг другу в глаза, мой братишка испуганно дернулся, переводя взгляд на самого старшего из нас. Я последовал его примеру, обращая внимание на человека, который все еще стоял подле меня.
Лицо Иллириуса теперь не отражало ни капли прежнего гнева. Сейчас парень был озадачен и напуган моим видом и тем, что только что сделал. Я чувствовал, что мое лицо было покрыто большим количеством крови, но это отходило на второй план. Мне хотелось как следует отпечатать в своей памяти лица этих двоих.