Охранник убежал сразу же, но вот ждать пришлось довольно долго. Саша выпил один стаканчик, прислушался к своему организму и сделал вывод, что натуральный виноградный напиток пошел явно на пользу, заказал у Густава еще один, все же пока отказавшись от еды. Только через полчаса, двери распахнулись и в зал вошел сам Вардис, следом Клим и еще с десяток знакомых лиц. Даже Большой был тут же, что порадовало Макарова, ибо не хотелось, чтобы княжне Агате уже сообщили о его смерти.
— Кто вы⁈ -удивленно воскликнул лэр правитель,— -Александр, это вы, но как? Это же невозможно!
Макаров из уважения перед правителем лэрства привстал со своего места, но ткань свалилась на пол и он предстал перед толпой в костюме Адама. А судя по еще черноватым рукам, и сам он восстановился не до первоначального состояния. Немую сцену прервал его друг. Большой кинулся к нему и первым сжал в объятиях.
— Блин, Саня, живой!
Это послужило спусковой пружиной и для всех остальных. Даже лэр Вардис обнимал его, называя сыном и тоже сжимал в объятиях.
«Признали!» -билось в голове одно слово, а Макаров лишь улыбался уже не такой страшной, но довольно глупой улыбкой.
Наконец, первый ажиотаж встречи спал и он смог выдавить из себя:
— Надеюсь, леди Агате еще ничего не сообщали?
— Нет, -замотал головой Большой, -лэр Климент поедет и сообщит. -потом он завис на секунду соображая и снова замотал головой.— -Ну вернее, уже не поедет!
— Это хорошо! -кивнул Саша,— -Лэр Вардис, мне бы помыться, да одежду какую.
— Конечно, конечно! Моя карета возле дверей, пойдем, Александр. -лэр приобнял его, накинув на плечи расшитую львами ткань.
Климент демонстративно вынул из кошеля полдюжины серебряных крон и сунул в руки еще не пришедшему в себя трактирщику и его здоровяку-слуге.
— Вот, за хорошую весть!
Когда все выбежали на улицу и дверь трактира захлопнулась, Густав вздохнул и сказал удивленно рассматривающему три серебряных монеты вышибале:
— Гаро, ты получил в дар большие деньги, но запомни мои слова — никогда не суди о посетителе по его внешнему виду. И еще — щедрость власть имущих, может в мгновение ока смениться на гнев, если ты поведешь себя дерзко и вместо вознаграждения, тебе с легкостью могут срубить голову. Испугался?
— А то! Сердце из груди чуть было не выскочило, куда там дерзить? Слова вымолвить не мог, да и когда в ворота замка стучал, думал чичаз на конюшню пороть потащат! А тута вон, как вышло. Мне этих денег, на свой дом в пригороде хватит.
— Все хорошо, что хорошо кончается! -похлопал его по плечу трактирщик,— -Пошли работать, скоро народ повалит.