— И не надо, — сказал я. — Остановитесь.
— С чего бы это? — спросил отец и поднял на меня удивлённое лицо.
— Мы уже всё нашли, — ответил я и положил на стол чёрную папку. — Точнее нашла Мария, она забрала это у Волконского.
Отец оказался шустрее и первым дотянулся до папки, опередив мать на долю секунды. Та не стала с ним воевать, а просто пересела на подлокотник его кресла. Лица оживились, глаза заинтересованно забегали по тексту.
Мы с Катей сели в свободные кресла и спокойно сидели ждали, слушая их изумлённые возгласы. Минут через десять они дошли до самого интересного.
— Алевтина, ты видишь? — спросил отец, тыкая пальцем в содержимое папки. — Даты смерти нет.
Последнюю его фразу мы с Катей произнесли синхронно с ним. Оба родителя округлившимися глазами уставились на нас.
— Вы знаете, где она? — первой произнесла мама.
— Пока нет, — пожал я плечами. — Надеюсь узнать у самого Волконского, если это в принципе возможно.
— Так и знал, что я это всё зря затеял, — пробормотал отец, окидывая взором покрывающую поверхности кабинета макулатуру.
— И ничего не зря, — возразила мама. — Зато я узнала о своей семье очень много интересных подробностей.
— Тут этих подробностей не один пуд, — грустно усмехнулся отец. — Хорошо хоть для тебя полезно оказалось.
— Вы голодные? — спросила мама, помогая отцу укладывать стопки документов в картонные коробки.
— Маргарита собиралась сказать Насте, чтобы та накрывала на стол, — сообщила Катя.
— Ну пойдёмте тогда в столовую, — сказала мама, бросив своё занятие. — Там и поговорим. Бросай это всё, Петя, потом разберёмся.
— Я сам дособеру, — бросил отец, продолжая собирать папки с пола. — Идите, я сейчас догоню.
— Идите, — махнула мама рукой и вздохнула. — Мы с папой сейчас придём.
Мы с Катей уже неторопливо спускались по лестнице, когда мой нос уловил запах борща. Настюха его готовит просто божественно, теперь я как следует почувствовал, насколько голоден. Мы уселись на свои места и приступили к еде, когда наконец пришли родители и молча за нами наблюдали, не решаясь помешать. Пока мы переключались с борща на картофельное пюре с гуляшом, они продолжали изучать содержимое чёрной папки.
— Ну это же надо, а? — первой нарушила режим тишины мама. — Ведь мы столько времени считали её пропавшей без вести! Насколько я знаю, она исчезла почти сразу после того, как родила мою бабушку. Та рассказывала моей маме, что ей и года не было, когда она осталась на руках у убитого горем отца. А тот так и не женился повторно, отдав единственной дочери всю свою любовь. Катя, я теперь так боюсь потерять тебя, ты не представляешь!