— Нельзя связываться с военными, — медленно проговорил он. — Оглянуться не успеешь, они тебя самого в оборот возьмут. Будешь пахать и на ваших, и наших. Нет, не нужно Эгермана трогать. Он еще и великий князь, мало ли что взбредет ему в голову. Не разгребем! Да ты и сам не раз говорил, что сын постоянно с ним влипал в неприятности.
— После получения звания он изменился, — задумчиво произнес Субботин. — Поумнел, что ли? Не знаю. Но он точно мне нужен.
— Запрещаю! — прорычал Лука Кузьмич. — У нас закрытая организация! Допуск к любым сведениям можно получить только у меня! Что, вот скажи мне, что ты ему хотел предложить взамен помощи? Информацию? Старые книги? Секретные данные? Успел уже все разболтать⁈
«Да какие у нас секретные-то данные!» — подумал Игнат Филиппович, но вслух этого не сказал.
— Он увидел только общедоступные сведения. Я понял вас. Подниму этот вопрос позже, когда вы остынете. Да и не можете же вы мне запретить просто общаться с ним, так ведь?
— Что ты задумал, шельмец? — недобро глянул на него собеседник.
— Абсолютно ничего незаконного, — Игнат Филиппович отшагнул и примирительно поднял ладони.
— Узнаю, что ты привлек его к работе и хоть слово сказал, уши оборву.
Лука Кузьмич грозно сверкнул глазами и сел за стол. Кресло жалобно скрипнуло под могучим телом Самойлова.
Субботин вежливо поклонился и, не переставая улыбаться, покинул кабинет руководителя.
— Что б тебя святыми наместниками да через глубокий колодец! — от души выругался Лука Кузьмич.
Он еще некоторое время смотрел на закрытую дверь и кривился.
Вот зачем Субботину этот Эгерман? Своих умников, что ли, ему мало? Чего добивается?
С другой стороны, может и вправду выйти толк из этой задумки? Если уж и вопросы задавал, и мысли хорошие предложил…
«Нет!» — одернул себя Лука Кузьмич.
Субботин еще ни разу не предложил ничего толкового. Чего стоили поиски великого артефакта по нарисованной карте! Угробили несколько месяцев!
А постройка уловителя магии? Ерунда! Еще и «Око» умудрился разбить! Будто оно из обыкновенного стекла было сделано.
Игнат Филиппович хорошо умел работать с данными, но его все не отпускала идея совершить прорыв в исследовании магии. Глаз да глаз за ним нужен.
Самойлов треснул по столу кулаком и крикнул помощника. В дверной проем заглянула лохматая голова.
— Андрей! Сколько раз я говорил тебе подстричься! Почему до сих пор не исполнено мое поручение⁈
— Так, это в том месяце было, отросли уже, волосы-то, — пробасил он.
— Да? Вот же время бежит, проклятущее. Заходи давай.
Андрей протиснулся в двери. Самойлов довольно улыбнулся, все-таки правильно говорят люди: яблочко от яблони недалеко падает. Сын вырос таким же крепким и плечистым, что и отец. Умом, правда, весь в мать, но оно и хорошо даже. Доброта и легкий нрав — самое лучшее, что можно пожелать здоровяку.