— Ты там можешь умереть.
— Знаю.
— И потеряешь неделю.
— Угумс.
— Сделаем. Это всё?
— Да.
— Нужно кого-нибудь разыскать или устранить?
— Кое-что надо, — вспомнил я. — Вполне возможно, что мне понадобится крафтер-грандмастер. Желательно Цинь-Шинь или Мардук. Нужно, чтобы этот игрок занялся для меня восстановлением одного предмета.
— Сколько это займет времени? Такие люди нужны перед Ареной.
— Без понятия. Про всякие зелья заключения и учебники забудьте. В благодарность за спасение двух континентов с десятками миллионов человек мне нужно встретиться с грандами. Когда — не знаю. Сколько займет времени — не знаю. Что именно им потребуется делать для создания этой вещи — не знаю. Но хочу, чтобы не было особых проволочек. Ну и, вполне возможно, что их услуга не понадобится, но если вдруг…
— Я тебя понял. Сделаю. А серьезно: остров нужен? Мальдивы, Бора-Бора, Бали, Доминикана, Ибица…
— Да на кой он мне?
— Ну мало ли…
— Нет, не нужен. Требуется только крафтер-грандмастер ну и перенос в точку, которую я назову.
— Всё, услышал, — сфера тишины исчезла. — Ну что, журналистская бестия, передаю нашего героя в твои руки.
Эстер оскалилась. А дальше началось нечто несусветное. Нет, сперва-то всё шло нормально: женщина расспрашивала меня про инферно, про то, как я оказался в Москве, как проник во врата и всё такое прочее. Потом же вопросы начали выходить за рамки дозволенного: какие у меня характеристики, что получил за запечатывание прорыва, почему эльфы так относятся ко мне. Через час она перешла на личные темы: предпочтения в сексе, бывшие политические и религиозные взгляды, какие поселения и за что недолюбливаю.
Приходилось играть правдой, но чаще я просто отмалчивался. Зато поведал про Ямусукро и какую роль в этом сыграл мой крылатый приятель.
В определенный момент Эстер, испытав животный ужас, грохнулась со стула. А нечего покушаться на меня-красивого. У меня есть только одна женщина, и это не ты.
За полчаса до открытия аномалии группа людей принесла массивные сундуки, в которых лежала куча системных предметов. Ксанлинг всё же купил и доспехи, и оружие, и зелья — бесполезный хлам. Игроки пообещали, что всё это будет стоять здесь до самой Арены и никто ничего не утащит.
Эстер сцедила с меня всю кровь. До эльфов, с которыми язык развязывался сам по себе, ей было безбожно далеко. Зато во время интервью она угостила меня вкусным обедом. Я мысленно проклял Морти. Сперва этот остроухий мерзавец лишил меня радости от алкоголя, а теперь и от кофе. Оригинальные бразильские зерна, за которые игроки со всего света могли отвалить чуть ли не миллиарды опыта, отныне казались безвкусной бурдой. Встречу — прибью.