— Полтора тысячелетия! — взревела Даийлен нанося один удар за другим, — Полтора тысячелетия мы сторожили границы нашего мира! Убивали каждое чудище, каждую тварь, рвущуюся оттуда! Им не было конца! Им не будет конца! Мы просто хотели спасти наш мир!
Гарро, обожжённый и раненый, победно улыбнулся.
— А Асфед не хотел, да? Вы все, такие благородные, защитники мира. Может быть ты ещё скажешь, что вы решили избавиться от него потому что он мешал вам спасать мир, а?
Бог Мести поступил также, как сделала Даийлен. Он собрал всю свою силу и выстрелил ей, сплошным потоком. Богиня выставила вперёд шит, покрыв его светящимся барьером и приняла удар, протащивший её сотню метров, прежде чем иссяк.
— Так вы успокаиваете свою совесть, да, Даийлен⁉ Вы раскололи мир надвое и вместо тоненькой тропки открыли разрыв в этой проклятый Каулудан! И у кого из вас хватило духу всё исправить? Ни у кого! Только этот дурень Асфед, осмелился исправить то, что вы натворили! А вы все решили притвориться будто ничего не было и жить припеваючи, как и подобает богам!
Гарро вновь перешёл в наступление. Он без конца наносил удары своим стенающим клинком то и дело пытаясь отращённой рукой вырвать из рук противника щит.
— Будешь взывать к моей совести⁉ К чувству долга⁉ Где же были они, когда ты предала меня, Даийлен⁉ Он убил мою жену, что защищала своё дитя. Он забрал мою дочь, ТВОЮ ЖРИЦУ! — следующий удар рассвирепевшего бога взорвал всю комнату разом. — Когда она отказала ему, он отдал её Шогулу! ШОГУЛУ!
Даийлен напрягала все свои силы, чтобы блокировать атаки Гарро. Сейчас он рассвирепел настолько, что она не решалась рискнуть и попытаться разбить эту связку яростных ударов — она была уверена, что тот примет любой удар, даже смертельный, но точно нанесет свой.
— Они бросили к моим ногам её растерзанное тело и посмеялись! — на лице Гарро отразился такой гнев, такая ненависть, что даже Даийлен невольно устрашилась мощи этих чувств, — И я убил его! Убил это жалкое ничтожество, молившего меня о пощаде перед смертью! И почти убил второго… Но что после этого сделал ты⁈ Присоединилась к ним, ведь никто кроме вас не должен править, так⁉
Гнев и ярость Гарро обернулись видимой, ощутимой силой. Она, будто без ведома самого бога, отбросила его противницу на противоположный край комнаты.
— Вы отняли у меня всех. Мою семью, моих друзей, моих солдат. Мне плевать, что будет с этим миром, если вы все при этом сдохните, — Гарро уже не говорил, а рычал слова, — мы враги, Даийлен. И перестанем ими быть только когда один из нас умрёт.