— На этом можно и закончить, — подумал Григорий, разрубив напополам очередного тёмного охотника. Оглядевшись, он убедился, что в непосредственной близости к нему противников больше не осталось, поэтому он вполне мог продолжить своё путь к финальному боссу, в то время как его подчинённые должны были закончить зачистку подземелья и собрать всё ценное.
К слову к этой, уже четвёртой, зачистке, он порядком изменил стратегию сражения с монстрами. Если изначально он сам изничтожал большую часть чудищ, то теперь, этим преимущественно занимались его подчинённые. И, конечно же, это не значит, что Григорий прекратил фармить. Просто теперь он этим занимался в полноценной команде, которая за счёт своего количества забирала значительную часть фрагов себе.
— Господин, вам требуется помощь? — Возникнув будто из-под земли, вопросила Ара-Хая-Нрия.
— Нет. Лучше проследи, чтобы здесь не возникло проблем, — не оборачиваясь и даже не остановившись, ответил Григорий. Продолжив свой путь, он отчётливо чувствовал напряжённый, полный волнения взгляд орчанки. Парень уже привык к нему, хотя беспокоить его он не перестал. Всё же Гришу порядком смущало, что его слуга испытывает к нему столь нежные чувства. Ну а то, что это любовь или нечто очень похожее на неё, к настоящему моменту он уже не сомневался. Как впрочем, и не знал, что с этим делать. Ведь отвечать ей взаимностью, он не планировал, по крайней мере, сейчас, когда отправляет её в бой, не задумываясь о том, выживет ли она или нет.
Пройдя метров сто, он, остановившись, посмотрел на небо. Солнце было ещё высоко. Оно медленно и неспешно плыло по небу, согревая землю своими тёплыми лучами. — Блин, а снаружи-то всё ещё зима, — без особой радости, впрочем как и горя, подумал Григорий, понимая, что уже завтра утром ему придётся покинуть подземелье. — Ну, с этим ничего не поделаешь, — со вздохом он продолжил свою мысль, следом за которой пришла следующая, — но с другой стороны, я ведь могу остаться здесь ещё на пару дней.
Перспектива понежиться несколько дней на солнышке, вместо того, чтобы закутавшись в шубу возвращаться обратно, приятно отразилась в сознании парня. Но в тоже время, будто вторя ей, всё в том же сознании прокатилось раздражающее, можно даже сказать бесящее, чувство тревоги.
— С чего бы? — Мысленно задал самому себе вопрос Гриша, не в силах найти на него ответ. Ведь причин для беспокойства у него не было, от слова совсем. По меньшей мере, о так думал.