— Вы же нигде не учились, Алексей Алексеевич? — задал очередной вопрос Козырев. — Всего лишь три класса гимназии? Но ваша эрудированность поражает. Вы правильно строите предложения, оперируете специальными терминами.
— Много читаю, — сухо ответил Алексей. — В том числе специальную военную литературу. В частности, «Военную энциклопедию» 1911 года издательства Сытина, ее мне…
— Так почему же вы все-таки расстреляли главарей бандитов? — недослушав, задал новый вопрос Козырев.
— А что у вас на лице? — неожиданно вступил в разговор Петерс. — Ожоги?
На полном и добродушном лице чекиста проявился откровенный интерес, словно пятна на физиономии Лексы интересовали его больше всего на свете.
— Следы обморожения, врачи говорят, скоро пройдет! — быстро и охотно ответил Алексей, моментально переключившись на нового собеседника. — Знаете, мешает немного, кожу стягивает. Мажу бараньим жиром, как думаете, поможет? Воняет, зараза…
Чекисты дружно улыбнулись, Мельдер доброжелательно кивнул и повторил вопрос коллеги.
— И все-таки, Алексей Алексеевич, почему вы решили расстрелять пленных? Они уже сдались, право слово, доставить таких ценных языков гораздо предпочтительней и почетней, чем просто убить.
— Я исполнял прямой приказ командования, — буднично и флегматично ответил Лекса. — Прямой приказ, который звучал однозначно: в случае невозможности доставить пленных главарей бандформирований, во избежание их вероятного освобождения, немедленно ликвидировать. Что и было исполнено.
— Но вы же даже не попытались! — воскликнул Козырев. — А вдруг получилось бы? Хотя бы забрали Энвер-пашу.
— Энвер-паша застрелился еще до того, как остальные сдались. Я сам лично проверил. А прямые приказы не подразумевают такого понятия как «вдруг», — менторским тоном ответил Алексей. — Мы находились в полном окружении превосходящих сил противника, бандиты начали приходить в себя после паники, в сводном отряде из двадцати бойцов одиннадцать были уже ранены, предстоял длительный марш по пересеченной местности, ловить разбежавшихся лошадей, не было времени, счет шел на минуты. На основании этих данных, мной был сделан вывод, что транспортировка пленных полностью нецелеобразна. Правильность моих выводов в дальнейшем подтвердилась. При отходе произошло, как минимум три боестолкновения, я потерял людей, тела которых нельзя было оставлять. К тому же, как выяснилось позже, на проводника, которого мы оставили с вьючным транспортом в десяти верстах от кишлака, во время нашего отсутствия было совершено нападение неизвестными. Его убили, а лошадей похитили. Отряду пришлось дальше следовать пешим порядком.