— Могу только догадываться, Ники.
Александр Михайлович напрягся, осознав, что речь пошла о действительно важных делах. Редко когда император переходил на вот такой доверительный тон, обращаясь по домашнему имени.
— Вот указ — с этой минуты ты вице-адмирал, и командующий 3-й Тихоокеанской эскадры. С Чухниным я побеседовал раньше — еще в Севастополе. Можешь на него полностью полагаться — Григорий Павлович будет тебе помощником во всем. Доведешь корабли до Камрани, там получишь инструкции, ведь тогда ситуация станет намного яснее.
— Понял, — Александр Михайлович только кивнул, внимательно ожидая, что скажет император. Ситуация действительно оставалась немного запутанной — хотя речь о поражении России уже не шла. Наоборот — теперь в конечной победе огромной империи над воинственными соседями, уже никто в мире уже не сомневался, на все лады постоянно приводя в газетах хорошо известную в отечестве поговорку, насчет, что «русские медленно запрягают, но быстро скачут».
В Маньчжурии за полтора месяца после начала наступления, которое в европейских странах прозвали «августовским штормом», достигнут грандиозный успех — удалось дойти до Ляояна, разгромив две японские армии из пяти. А конные корпуса вообще вышли к рубежам Квантунской области, захватив Инкоу и уже подбираясь к узкому Цзиньчжоускому перешейку, «воротам» на Порт-Артур.
На море дела шли не менее успешно — удалось высадить целую армию в Гензане, под командованием протеже великого князя Николая Николаевича, уже ставшего за победы генерал-лейтенантом, Алексея Брусилова. А затем добиться яркой и убедительной победы над японской эскадрой, которую одержал вице-адмирал Небогатов. В бою взорвался «Микаса», на котором погиб Хейхатиро Того, затем были потоплен броненосный крейсер «Якумо», бронепалубные крейсера «Читозе» и «Акицусима», три миноносца. Потерь в кораблях, за исключением небольшого парохода, вышедшего из порта на траление выставленных японцами мин.
Правда, в бою погиб вице-адмирал Фелькерзам, по случаю смерти которого был объявлен траур. Но Александра Михайловича это известие больше обрадовало, чем огорчило — иметь такого в своих соперниках великий князь категорически не желал.
— За Гензан я пожаловал Дмитрия Густавовича орденом Белого Орла, этой награды вполне достаточно. В сражении он практически не принимал участия, сильно страдая, так что адмиральский чин давать не за что, а ордена погибшим не полагаются, — совершенно равнодушным голосом оборонил Николай Александрович. И негромко добавил:
— Но раз Аликс считает себя ему обязанной, то дарую его вдове графский титул, который она может передать любому из дальних родственников своего мужа, чтобы род не прекратился. И повелю учредить наградной крест, который вручат за победный Цусимский бой всем морякам, что сражались на кораблях 2-й Тихоокеанской эскадры, шедшей проливом.