— Ты ранена, — сказал я и подошёл к ней. — Не бойся.
В ответ Эмилия лишь ещё сильнее вжалась в стену и зажмурилась, видимо, ожидая удара.
— Прости… — шепнул я и приложил раненую ладонь к открытому порезу на щеке сестры.
Вылечившие меня нанороботы из чёрного шприца быстро перетекли в другое тело и устремились ко всё ещё кровоточащим ранам. Вздрогнувшая от прикосновения Эмилия зажмурилась ещё сильнее, но вскоре, видимо, почувствовала распространяющуюся по телу прохладу и быстрое затягивание ран. Отыскавшая последние очаги смелости и надежды, она чуть приоткрыла глаза и посмотрела на руки — ни следа ран.
— Прости, что так долго пропадал — вновь шепнул я, снял чёрную ветровку и укрыл ею дрожащую девушку. — Кошмар закончился, теперь ты будешь счастлива, обещаю, — не сдержав эмоций, я обнял девушку. — Ведь мама говорила всегда улыбаться, помнишь? — тянущее чувство в сердце взыграло с новой силой.
Даже сквозь ветровку я чувствовал дрожь и учащённое дыхание Эмилии.
И вместе с этим чувствовал стоявший в воздухе запах железа; понимал, что сижу среди горы трупов; ощущал, как колени утопают в крови.
Осознавал, что сижу в центре самолично устроенной кровавой бойни. Вновь.
— Боже, — руки ещё крепче сжали Эмилию. — Какое я чудовище, — сокрытые под куполом обещания вырвались наружу, и всё моё тело едва заметно затряслось.
Я тихо заплакал.
Впервые за много лет.
/Минуту назад в районах среднего круга/
Теодор преодолел едва ли не километр и наконец достиг спасения — у одного из пешеходных переходов толпилось несколько десятков человек.
«На… наконец», — из-за страха и одышки даже мысли формировались с трудом. — «Я буду жить», — несмотря на вышедшее из тела огромное количество влаги, глаза парня взмокли от счастья. — «Буду просто двигаться вместе с толпой. Они не могут оказаться убийцами. Кто-нибудь меня спасёт».
Запыхавшийся, насквозь мокрый и вызывающий ассоциацию с бандитом человек лишь отталкивал людей вокруг. Но ему плевать, ведь он благодарен за каждую секунду пребывания в этом месте. Наконец можно остановиться.
Наконец можно перестать бояться.
Теодор только сейчас поразился, сколь далеко ему удалось убежать: парень преодолел половину районов третьего круга, едва ли не весь второй и приблизился к первому. Удивительно, на что способно тело, если снять с него часть ограничений.
Сегодня удивительный день для Теодора.
Бывший главарь бандитов осматривался по сторонам и ликовал при виде большого количества людей. Забытое на несколько мгновений чувство отсутствия опасности гулким эхом отдавалось в голове и лишь больше подкрепляло уверенность в правильности побега.