— Мы наткнулись на него в склепе! — приготовился к бою латник. — Он Бродячий Босс!
«Ох, неужели в городе оказался Бродячий? Позовите стражу!» — зашептались все вокруг, и пара людей действительно убежала звать хранителей порядка.
— Босс-Молокосос, хе-хе, — мило-имбецильно смеялась девушка. — Да вы что, думаете, я дурочка? — она постучала себя по голове. — Уж я-то без труда вычислю существо со злой судьбой, будьте уверены! — показала большой палец вверх. — Ладно, нам пора, а то ещё в рейд опоздаем, — она как ни в чём не бывало пошла мимо готовых в любой момент отсечь мне голову игроков.
В надежде на чудо я съёжился и пошёл следом — авось прокатит.
И знаете, прокатило. Все лишь ошарашенно на нас пялились и ничего не делали, пока в конечном счёте наша парочка не скрылась среди толпы ожидающих телепорта приключенцев. Всё ещё не верящий в столь удачный исход, я лишь с восхищением посмотрел на девушку.
Ты ж моя Арианна, ты ж моё солнышко рыжее. Не будь её здесь, без понятия, какую форму приняло бы решение конфликта. Может действительно с ней скооперироваться? С одной стороны, она, будем откровенны — идиотка. Такую от людей нужно держать подальше и надеяться, что ей в голову не взбредёт охотиться на божьих коровок, потому что она вдруг решила восстать против Богов.
Но в то же время, если смотреть с другой стороны, этот же идиотизм меня и спас. Да и в целом она позитивный персонаж — с такой даже прерогатива перестаёт работать.
В любом случае я ещё не знаю о её способностях и поведении во время боя. Если подобный уровень интеллекта остаётся и во время серьёзных ситуаций, то об успешном выживании можно и позабыть.
— Спасибо, — сказал я.
— За что?
— Что защищала меня.
— Так они же хотели меня надурить! — надулась она. — Слишком часто меня дурачили, оттого я уже к этому и привыкла. Не помню момента, когда ко мне бы относились серьёзно, — голос едва заметно стих. — Всегда одни подколы и издевательства, — прежний энтузиазм пропал. — Родители детишек в школе говорили, что я ходячее бедствие и со мной нельзя дружить. С того момента со мной почти не общались, — с лица так же исчезла улыбка. — Но я не унываю! — вновь появилась, на сей раз более наигранная. — Я уже привыкла одна ходить…
Девушка поджала губки и в который раз поправила и без того удобно висящий лук. Её взгляд словно устремился глубоко внутрь себя, взывая к далеко не радужным воспоминаниям. Во время всего пути я разглядывал пестрящие на её лице эмоции, пока в конечном счёте девушка на меня не повернулась, являя свету слегка мокроватые глаза.