— Я хоть и не мужик, а уже готова сбежать, — Оля отложила телефон.
— Короче, об этом можно разве что спросить самого Андрея. Когда он вернётся. И если он, как обещал, вернётся — я его спрошу. Словами через рот. А если вдруг что-то из этого правда, и он не вернётся — значит, так тому и быть.
— Вот насчёт словами через рот — это правильно, — Оля одобрительно постучала Ирку по плечу. — Знаешь, давай тут всё приведём в порядок, да я пойду мыться. Я помню, у тебя завтра пара ни свет, ни заря.
— Про пару — это точно. Иди мойся, короче, я справлюсь, — Ирка поднялась, подхватила чайник с заварником и потащила их на кухню.
Оля ушла мыться, Ирка унесла на кухню посуду, убрала остатки еды и вымыла всё, что нужно было помыть. А потом опять взяла ноут.
На сайте небезызвестного фонда были официальные сведения об Андрее. И если им верить, то десять лет назад он был аспирантом. Аспирант — не студент, каждый день быть на занятиях не должен. И в теории, мог бы слетать да хоть куда, там жениться и породить детей. Поэтому — нечего строить конспирологические теории, вернётся человек — и поговорим. А пока — собираться на завтра и спать.
Телефон зазвонил, и это был как раз он. Спросить? Нет, не надо. Лучше о радостном. А его звонок — это само по себе радость. Можно расспросить, что он делал и где был, рассказать про своих студентов, и услышать в ответ — что по её, Иркиным, словам, она работает в месте необыкновенно важном и интересном, в котором всё время происходит что-то невообразимое и достойное романа. На пенсии напишу, — усмехнулась Ирка, и получила в ответ — что тогда ей придётся защищаться раньше, потому что она же вроде уже запланировала себе пенсию под диссертацию?
Оля вышла из ванной, увидела, что Ирка разговаривает, исчезла в кухню. Ирка же сказала, что постель сейчас постелет, и пояснила Андрею, что у неё Оля, у которой нет воды. Тот только посмеялся, что если так — то Ириша, несомненно, в надежных руках, и ему можно откланяться. И передал Оле привет. Оля расплылась в улыбке и передала ответный.
— Ну как, когда он приедет-то? — спросила первым делом Оля, когда Ирка отключилась.
— Завтра узнает, — пожала плечами Ирка. — Обещал сообщить.
— Ну вот завтра и поговорите.
Ирка так и настроилась — завтра поговорить. Хотя завтра у неё танцы, но кто его знает, на какой самолёт у него будут билеты? Вот будет день — и будет пища, как говорится.
Но когда она уже легла спать, то долго не могла отвязаться от мысли — что вдруг Димке-то понадобилось? Он ведь никогда не был любителем мелодрам и каких-то там личных историй, и терпеть не мог, когда она рассказывала ему о жизненных коллизиях своих подруг и приятельниц. Всё это, по его словам, не стоило его внимания вот нисколько, и зачем она вообще забивает эфир такими глупостями? Ну Ирка через некоторое время и перестала. А тут вдруг сам взялся сплетни таскать! Ещё и позвонил, хотя расстались они в понедельник совсем не по-дружески.