Ты можешь призвать полную мощь Короны, воспроизведя момент смерти звезды. На несколько секунд время в радиусе десяти метров останавливается полностью. Ты двигаешься сквозь застывший мир, как бог сквозь собственное творение. Но каждая секунда остановки — это год, украденный у вселенной. Год, который она заберёт обратно. У тебя. У тех, кто рядом. У самой ткани реальности. Заберёт с процентами.
Корона притягивает события. То, что должно было случиться через дни, происходит через часы. Враги, которые планировали напасть завтра, нападают сегодня. Союзники, которые должны были прийти на помощь через неделю, появляются… или не появляются, потому что время сжалось слишком сильно.
Ты крадёшь время. И время мстит.
Дни стали короче. Солнце всё так же встаёт и садится. Но субъективно — время ускользает сквозь пальцы, как вода, как песок, как пепел. Ты закрываешь глаза на мгновение — и открываешь их через час. Ты начинаешь разговор — и понимаешь, что он закончился минуту назад.
Корона пожирает твоё время. Каждое замедление для других — ускорение для тебя. Каждый украденный миг — это миг, который ты уже не проживёшь.
Ты начинаешь терять настоящее. Оно размывается между прошлым и будущим. Иногда ты не уверен, что «сейчас» вообще существует. Может, ты уже умер, и это — лишь эхо твоего существования, растянутое Короной на вечность? Может, ты ещё не родился, и всё это — видение будущего, которое никогда не наступит?
ТЕКУЩЕЕ СОСТОЯНИЕ:
Тело: Сосуд, изменённый до неузнаваемости. Когти вместо ногтей. Багровые прожилки под бледной кожей. Глаза, в которых пляшут золотые и чёрные искры. Ты всё ещё выглядишь человеком — если смотреть издалека. Если смотреть невнимательно. Если не смотреть слишком долго.
Разум: Хор голосов стал тише после резонанса с Печатью. Не потому что они замолчали — потому что ты научился не слушать. Или потому что их голоса стали неотличимы от твоих собственных мыслей.
Дух: Между молотом и наковальней. Между Солнечным Пламенем и Пустотой. Между тем, кем ты был, и тем, кем становишься. Ты балансируешь на лезвии ножа над пропастью, и каждый день лезвие становится тоньше.
Человечность: близка к падению
Снижается с каждым выбором, который ты делаешь. С каждым приказом, который выполняешь. С каждой жизнью, которую обрываешь.
Триста душ из храма не добавились в Горнило — ты сжёг их слишком быстро. Но они добавились куда-то ещё. В список. В долг. В то, что будет ждать тебя на другом конце пути.
Я закрыл глаза.
Мэй подошла неслышно, села рядом. Её плечо коснулось моего — тёплое, живое, настоящее. Напоминание о том, что я не совсем один.