— А пока вы будете устраивать драму, нам с Бошкой нужно обеспечить техническую часть, — вклинилась Кира. — Если мы хотим подсветить их баг, нам нужно что-то, что сделает невидимое — видимым.
Она повернулась к Бошке, и их диалог мгновенно перешел на другой, недоступный остальным уровень.
— Нам нужен локализованный всплеск чистой маны, который создаст резонанс с параметрами коллизии объектов, — начала Кира, чертя на салфетке сложную схему. — Энергетическая волна должна быть нестабильной, чтобы «окрасить» любые заклинания, проходящие сквозь твердую материю. Но при этом достаточно стабильной, чтобы не взорваться у меня в руках.
Бошка отмахнулся от ее чертежа.
— Скучно! Так же как в плане Маркуса. Технично, но без души! А ты, Шестеренка, мыслишь как механик, а нужно мыслить как поэт! Нам нужна не просто бомба. Нам нужен фейерверк! Смотри!
Он схватил со стола несколько рассыпанных реагентов и пару кристаллов.
— Мы берем [Нестабильную эктоплазму], как ты и сказала. Она — наше сердце хаоса. Но вместо стабилизатора мы добавляем… [Пыльцу лунной бабочки]!
— Но это же… это декоративный реагент! — возмутилась Кира. — Он просто светится!
— Не просто светится! — глаза Бошки сверкали безумием. — Он создает иллюзорные образы! Представляешь? В момент взрыва из стен полезут не просто искры, а призрачные, кричащие лица! А если добавить щепотку [Сердца огненного элементаля], то эти лица еще и будут гореть!
Кира на мгновение замерла, обрабатывая эту абсурдную идею. Я видел, как в ее глазах борются инженерная логика и искра чистого, незамутненного хаоса.
— Это… это абсолютно неэффективно с точки зрения затрат реагентов, — медленно произнесла она. — Но… побочный визуальный эффект будет… максимальным. Если мы сможем это стабилизировать…
— Стабилизировать? Зачем⁈ — воскликнул Бошка. — Нестабильность — это наша цель! Давай добавим еще и [Звуковой кристалл], чтобы в момент взрыва он издавал звук плачущего младенца!
Они смотрели друг на друга — гениальный, педантичный инженер и безумный, хаотичный маг. И в этот момент между ними возникло идеальное, совершенное понимание.
— Ладно, — сказала Кира, и на ее губах появилась хищная улыбка. — Пойдем, поэт. Покажешь мне свою «душу механизма». У меня в мастерской как раз завалялась пара звуковых кристаллов. Но если эта штука рванет у нас на верстаке, я сделаю из твоего колпака чучело.
Они поднялись. Кира, собрав свои инструменты, и Бошка, подпрыгивающий от нетерпения.
— Мы в Наковальню, — бросила Кира через плечо. — Будем творить… искусство. Дайте нам пару часов.