Шанс. Всего лишь шанс. Что ж… этого хватит.
Я глубоко вдохнул. Воздух обжёг лёгкие.
— Ладно. Я в игре. Что делать?
— Прими ключ.
Я поднял руку, дотронулся до Частицы Забвения кончиками пальцев.
Мир не взорвался. Он схлопнулся. Вся серая пустота, море душ, утёс — всё рухнуло в одну точку. В меня. Чёрная, ледяная энергия ворвалась внутрь, заполняя каждую клетку, каждую мысль. Будто меня разобрали на атомы, а потом собрали заново, вложив внутрь всю бесконечную пустоту Безмирья. А еще я почувствовал, как в меня хлынули знания. Все, что когда-либо происходило с подачи некромантов, с их помощью или их силами.
Я закричал. Или нет? Звука не было. Были лишь холод и понимание. Понимание о том, как всё устроено. О тонкой плёнке между мирами. О миллиардах душ. Об энергии, что бурлила под Нева-Сити, готовая прорваться.
Сквозь этот хаос я услышал последний шёпот Серой Госпожи, в котором впервые прозвучала… теплота?
— Врата откроются лишь в месте Начала. Там, где было наложено проклятие. Ты его найдешь. Узнаешь. Теперь иди. И удачи, мой мальчик. Мне всегда было жаль упрямых.
А потом меня вытолкнуло. Я летел назад, сквозь слои реальности, серость сменилась пятнами…
Оглушительный скрип. Визг.
Я рухнул на что-то твёрдое и холодное. В лёгкие ворвался воздух — спёртый, пыльный, но живой. Закашлялся, отхаркивая вкус пепла. Лежал на спине, не понимая, где нахожусь. Перед глазами — размытый каменный потолок.
— Малек! Ты живой?
Это был голос Рика. Напряжённый, глухой, будто из-под воды.
Я попытался пошевелиться — тело не слушалось, оно затекло и одеревенело.
Чьи-то руки вцепились в мои плечи и грубо, с силой тряхнули.
— Дыши, чёрт тебя дери! Дыши!
Я судорожно глотнул воздух. Мир медленно проступал, обретая черты. Убежище. Рудники. Рик на коленях рядом, лицо искажено тревогой.
Я повернул голову. Рядом, точно так же, на спине, лежала Рыжая. Она снова выглядела как Лич. Неестественно вытянутые конечности, мертвый, пустой взгляд и разочарование, черной тенью расплывающееся по ее лицу.
Бывшей гончей было жаль, что она снова оказалась здесь, в обычном мире. Там, в царстве Серой Госпожи, она была дома.
— Я непременно освобожу тебя… — Мой голос прозвучал так тихо, что слова вряд ли кто-то смог разобрать. Но Рыжая их услышала. Она поняла, что именно я ей пообещал. В ее взгляде мелькнуло что-то, очень сильно похожее на надежду.
Я с трудом перекатился на бок. И тут же увидел её. Лору.
Она сидела на краю своей кровати-раскладушки и смотрела на меня. Не сквозь меня, а именно на меня. Впервые за эти дни. Её пустые глаза были влажными, а в дрожащих пальцах, сжатых на коленях, было какое-то новое, хрупкое напряжение. Она что-то чувствовала. Понимала.