— Ого, да вы везунчики. А как так получилось? — Удивился мужчина.
— Как только затряслась земля, люди стали выбегать из домов. Как ни странно, выбежали все, а потом тряхнуло, но наши двухэтажки выстояли как-то. Вернулись, затянули пустые окна чем придется и до самых смерчей сидели дома. Пережили мороз в них, а когда начало припекать и поднялись вихри, всем поселком спрятались на складе, там и пересидели.
— Ничего себе, история. — Удивился мужчина. — А сюда чего принесло?
— Ну мы же там без всякой связи с большой землей. Хотел узнать и передать землякам, как всё есть, чтобы они не умирали там от собственных домыслов.
— А у нас тут никто ничего не знает. — Мужчина кивнул на лежащую опору. — Связи ноль.
— А генераторов рабочих не осталось? — Поинтересовался Иван. — Очень надо узнать про обстановку. Если будет помощь, я бы привел всех жителей Тихого сюда. Они умрут от голода, если останутся зимовать. А зимой они точно никуда не пойдут.
— Это понятно. У вас там одни пенсионеры, поди? Кроме тебя.
— Не все, но большинство.
— Тут ведь не в одном генераторе дело. Оборудование выгорело из-за пекла. Не знаю, как у вас, но у нас тут припекало неимоверно. Представляешь, мы с семьей прятались в маленьком подполе. Я вспомнил, что у меня осталась вода на кухне в шкафу, приоткрываю дверь, а мне на голову ложится жидкая резина натяжного потолка. И тут я понимаю, что еще немного и дом начнет гореть, а мы в подвале просто запечемся, как картофелины в духовом шкафу. Слава богу, обошлось. С севера принесло холод и очень вовремя. Еще час-другой и Уренгой пыхнул бы полностью со всей частной застройкой, деревьями и всем прочим.
— У нас нечему было гореть, поэтому мы этот момент не заметили. — Признался Иван. — А мороз у вас был сильный?
— О, спрашиваешь. Тридцать пять на градусниках было, и это в июле.
— Тридцать пять? — Удивился Иван. — У нас было шестьдесят пять.
— Врешь. — Не поверил мужчина.
— Клянусь. Я своими глазами смотрел на градусник Софьи Марковны несколько раз. Да я и без него понимаю какая температура. Такого мороза у нас даже зимой не было. Обжигало в момент. У меня вон до сих пор щеки обожженные.
— Вижу, но я думал, что это, наоборот, от пекла.
— Нет. Я выходил наружу, было жарко, но терпимо, как в сауне. Ожоги от холода.
— Надо же, сколько километров Тихий от нас?
— Семьдесят.
— А такая разница. Что же было севернее, минус сто градусов или абсолютный ноль?
— Наверное, температура горячего воздуха у вас была выше. Над нами три дня гремела гроза и выли смерчи. Мы думали нам конец. — Иван немного приукрасил про ураган.