Также Вестела по прозвищу Златовласка развлекала клиентов трактира при гостинице своим пением.
Девушка, только-только встретившая свою восемнадцатую весну, была среднего роста, не худенькой, но гибкой и грациозной. Черты лица у нее были мягкими, взгляд изумрудных глаз — теплым. Золотисто-русые локоны крупными волнами падали на покатые плечи. Сочные пухлые губки, покрытые светлым блеском, почти всегда приветливо улыбались.
В «Бродячем псе» нередко собирались люди с репутацией маргиналов, но даже они не позволяли себе обращаться с Вестелой грубо и непочтенно. Завсегдатаи этого заведения относились к ней, как к ангелу, случайно залетевшему в их дыру и одаряющего их незаслуженным ими светом. Они не смели оскорбить ее косым взглядом и неприличным жестом в ее адрес (хотя между собой в ее присутствии грязно браниться и устраивать грубые разборки не стеснялись). А если и находилась заблудшая овца, нарушавшая неписанное правило относиться к Вестеле с почтением, словно к невинной сестре, то аборигены живо наставляли «барана» на путь истинный.
Именно в «Бродячего пса» и направился Рэн, войдя в ворота Вестполса.
Пиэр встретил постояльца так, будто тот был в отлучке не полгода, а всего ночь. Пожелав Призраку доброго утра и выдав ему ключ от номера, зевнул и побрел в трактир: будить повара и делать распоряжения насчет завтрака для постояльцев.
Рэн поднялся к себе, отпер дверь, остановился на пороге, окинув помещение придирчивым взглядом. Присутствия посторонних в номере он не обнаружил. Войдя, плотно закрыл за собой дверь и прошел в душевую: в дорогих номерах гостиницы были даже такие. Правда, «водоснабжение» их осуществлялось не централизованно, как в некоторых мирах, а посредством установленных на крыше бочек, наполнявшихся водой дважды в день с помощью шлангов и насосов (если накануне не было дождя, наполнившего бочки естественным способом).
Душ Рэн принимал поспешно, не желая надолго оставаться беззащитным. Несмотря на то что он находился за высокими стенами Вестполса, в запертой изнутри комнате с решетками на окнах он не чувствовал себя в безопасности. На этот раз почему-то не чувствовал.
Собаки взяли след. Холод между лопатками — верный знак того, что киллер где-то близко. Рэн уж было поверил в то, что они, наконец-то, решили оставить его в покое: вот уже несколько лет он жил в этом мире, и никто не тревожил его. Он даже потерял осторожность, позволив себе обосноваться в столичном городе и обзаведясь здесь множеством полезных и приятных знакомств. Как тогда в родном Златограде — столице Терры, когда за ним еще никто не охотился.